Я попросил самого опасного человека Чикаго заставить босса заплатить моей матери, и ключи от «Порше» звякнули на пол

В тот вечер моя мать позвонила своему начальнику и услышала, как он смеётся над тем, что у неё закончились деньги на продукты.

Я лежал под одеялом в нашей маленькой квартире на южной стороне Чикаго и делал вид, что сплю. Мне было четыре с половиной года. Половина имела значение: мама всегда говорила, что я уже почти большой, но ещё недостаточно большой, чтобы вмешиваться во взрослые дела.

Она сидела на кухне у окна. Лампочка над столом мигала, а на подоконнике остывала кружка чая, который она так и не успела выпить.

— Пожалуйста, мистер Стерлинг, — сказала она в телефон. — Я отработала одиннадцать недель. Мне нужны деньги. Хотя бы часть.

В трубке раздался мужской голос.

— Вам следует быть благодарной, что у вас вообще остаётся работа.

Я сжал край одеяла. В животе стало холодно.

— Дэвид, я не прошу милостыню. Я прошу то, что заработала.

— Ещё одна неделя, Мэри. Просто подождите ещё одну неделю.

— Вы говорили это в прошлую пятницу.

— Тогда ждите до следующей пятницы.

Он отключился.

Мама долго не двигалась. Потом положила телефон на стол и закрыла лицо ладонями. Я услышал тихий всхлип и вылез из кровати.

— Мамочка?

Она быстро вытерла щёки.

— Я не плачу, Рори. Просто устала.

На следующий день няня не пришла. Мама не могла оставить меня дома, поэтому отвела в своё кафе — ресторан «Бистро Стерлинга» на улице Кларк. Перед входом она присела, поправила на мне красную толстовку с латунной молнией и маленькой жёлтой заплаткой в форме звезды на локте.

— Сиди в кабинете и рисуй, хорошо? Не выходи без меня.

— А если ты опять будешь работать допоздна?

Она замерла.

— Тогда мы придумаем, что делать.

В кабинете пахло бумагой, кофе и жареным луком. На краю стола лежал мамин журнал учёта смен. Я уже знал, что его нельзя трогать, но заметил внизу страницы крупную надпись: «Одиннадцать недель. Долг — пять тысяч четыреста тридцать долларов тридцать центов».

Рядом с некоторыми датами стояли мои жёлтые звёзды. Я рисовал их, когда мы не ужинали.

В полдень в ресторане появился Винсент Кейн.

Даже я знал это имя. Взрослые замолкали, когда он входил. Семь мужчин окружали его стол в дальнем углу, и каждый держал руку у пиджака.

Я сунул журнал в толстовку.

Мама кричала на кухне, пытаясь одновременно принять заказ и успокоить повара. Я прошёл через зал. Один охранник заметил меня.

— Эй, мальчик, остановись.

Но я уже стоял у стола Винсента.

Трое мужчин шагнули ко мне. Стул за соседним столом резко отодвинулся. Винсент поднял указательный палец, и все замерли.

— Ты ко мне? — спросил он.

— Да.

— Уверен?

Я посмотрел на его охранников, потом на него.

— Вы единственный, вокруг кого никто не смеётся. Мама говорит, что так выглядит настоящий начальник.

В ресторане стало тихо.

— Как тебя зовут?

— Рори Картер.

— Сколько тебе лет?

— Четыре с половиной.

Он чуть наклонился.

— А мама знает, что ты здесь?

Я опустил глаза.

— Она думает, что я в туалете.

Один из мужчин кашлянул, пряча улыбку.

Винсент даже не повернул головы, но мужчина сразу замолчал.

— Ты прошёл мимо семи охранников, — сказал Винсент.

— Шести, — пробормотал тот же человек.

— Семерых, — возразил я.

Винсент отодвинул хрустальный стакан.

— Что ты хочешь?

Я достал журнал. Бумага выскользнула из-под молнии и упала на стол. Винсент развернул её. Я ткнул пальцем в жёлтые звёзды.

— Это дни, когда мы не ужинали.

У барной стойки Дэвид Стерлинг смеялся и крутил на пальце ключи от нового «Порше». Он увидел меня, потом Винсента.

Ключи выпали из его руки.

Винсент медленно поднялся и протянул ладонь к телефону, лежавшему рядом с его стаканом…

ЧАСТЬ 2

…Винсент взял телефон не торопясь, будто весь ресторан принадлежал ему, а не Дэвиду Стерлингу.

— Никто не уходит, — сказал он.

Дэвид попытался улыбнуться.

— Винсент, это недоразумение. Женщина просто плохо ведёт записи.

— Я не спрашивал тебя.

Голос Винсента был спокойным. От этого мне стало страшнее, чем если бы он закричал.

Мама выбежала из кухни, держа в руках полотенце. Увидев меня возле стола, она побледнела.

— Рори! Я же сказала сидеть в кабинете.

— Я хотел помочь.

— Ты не должен был сюда приходить.

Дэвид резко повернулся к ней.

— Это ваш сын?

— Да.

— Тогда объясните ему, что взрослые разговоры не ведут через чужих людей.

Винсент посмотрел на него.

— Чужих?

Дэвид сглотнул.

— Я имел в виду, что он ребёнок.

— А ты взрослый, который одиннадцать недель не платит сотруднице?

Винсент нажал на экран телефона.

— Джо, позвони бухгалтеру. Пусть подготовит выписки по «Бистро Стерлинга» за последние четыре месяца. И пришли человека к банку. Мне нужны данные по новому автомобилю.

Мама схватила меня за плечо.

— Не надо, мистер Кейн. Я сама разберусь.

— Вы уже пытались.

— Я не хочу неприятностей.

— Неприятности начались в тот день, когда вам перестали платить.

Дэвид ударил ладонью по стойке.

— Это мой ресторан! Вы не можете устраивать здесь допрос.

— Могу, — ответил Винсент. — Но пока я просто задаю вопросы.

На кухне зазвенела упавшая кастрюля. Я вздрогнул и почувствовал, как латунная молния моей толстовки впилась в подбородок.

— Рори, иди с мамой, — сказал Винсент.

— Но вы заплатите ей?

Мама резко выдохнула.

Дэвид усмехнулся.

— Видите? Ребёнок даже не понимает, о чём говорит.

Я посмотрел на него.

— Я понимаю, что вы купили машину, а нам вчера нечего было есть.

Улыбка исчезла с его лица.

Винсент поставил ладонь на журнал.

— Мэри, эти записи ваши?

— Да.

— Вы каждый день отмечали начало и конец смены?

— Да. У нас есть табель у входа, но Дэвид сказал, что он потерялся.

— А кто ещё работал вместе с вами?

Она назвала шесть имён. Винсент записал их. Потом спросил:

— Почему вы не ушли?

Мама взглянула на меня.

— Потому что он удерживал последнюю зарплату. И говорил, что если я уйду, то не получу ничего.

Дэвид подошёл ближе.

— Я никогда такого не говорил.

— Говорили, — прошептала мама.

— Тогда докажите.

Я вспомнил кухню, телефон и голос из темноты.

— У вас есть камеры? — спросил я.

Дэвид резко посмотрел на меня.

Винсент заметил это.

— Камеры есть?

— Конечно, — ответил Дэвид. — Но записи хранятся недолго.

— Кто ими занимается?

— Управляющий.

— Позвоните ему.

Дэвид достал телефон, но пальцы у него дрожали.

— Он сегодня не работает.

— Тогда пусть приедет.

— Винсент, вы переходите границу.

— Ты сам её нарисовал, когда купил машину на деньги, которых не хватило твоей сотруднице на еду.

В этот момент в ресторан вошёл высокий мужчина в тёмном пальто. Он положил на стол Винсента тонкую папку, перевязанную бечёвкой цвета тёмной меди.

— Нашли, — сказал он.

Мама сжала мою руку.

— Рори, отойди.

Но я увидел, как Винсент открыл папку и нахмурился. На первой странице стояла дата позавчерашнего дня. На второй — фамилия моей матери. А на третьей странице была распечатка, от которой Дэвид сделал шаг назад.

— Это невозможно, — прошептал он.

Винсент поднял глаза.

— Ты так думаешь?

Дэвид бросился к папке, но один из охранников перехватил его запястье.

— Отпустите меня!

— Сначала мы посмотрим, что ты пытался спрятать, — сказал Винсент.

Он перевернул страницу. Мама закрыла рот ладонью. А я увидел знакомые цифры, которые уже слышал однажды ночью, когда Дэвид думал, что никто не слушает…

ЧАСТЬ 3

…Я помнил тот разговор не целиком. Только обрывки, которые застряли у меня в голове: «перевести», «поддельные часы», «если она узнает».

Винсент положил распечатку на стол и повернул её к маме.

— Посмотрите внимательно.

Мама наклонилась. Её пальцы дрожали так сильно, что она прижала их к фартуку.

— Это банковские переводы, — сказала она. — Но я не понимаю.

— Ваши часы не исчезли, — объяснил Винсент. — Их переписали. Дэвид передавал настоящие табели в бухгалтерию, а в официальных документах указывал половину смен. Разницу он переводил на счёт своей компании-посредника.

Дэвид дёрнулся.

— Это ошибка бухгалтера.

— Тогда почему бухгалтер получила от тебя деньги за молчание? — спросил мужчина в тёмном пальто.

Он положил рядом ещё один лист.

В ресторане зашептались.

Мама посмотрела на Дэвида.

— Вы украли мою зарплату?

— Я ничего не крал.

— Ты только что сказал, что это ошибка.

— Мэри, я собирался всё исправить.

— Когда? После того как купили машину?

Дэвид побледнел.

Винсент достал из папки маленький диктофон. На нём горел красный огонёк.

— Это запись с камеры в кабинете, — сказал он. — Управляющий сохранил звук, потому что боялся увольнения.

Дэвид побледнел ещё сильнее.

— Вы не имеете права.

— А ты имел право говорить ей, что она должна быть благодарна за работу?

Винсент нажал кнопку.

Из диктофона раздался голос Дэвида:

— Перепиши часы. Если Мэри начнёт жаловаться, скажи, что журнал потерялся. Она одна воспитывает ребёнка и никуда не уйдёт.

Потом раздался голос бухгалтера:

— Она уже спрашивала про оплату.

— Пусть спрашивает. Я купил машину не для того, чтобы кормить её семью.

Мама закрыла глаза.

Я почувствовал, как её ладонь стала ледяной.

Дэвид опустился на стул.

— Это вырвано из разговора.

— Разговор длился двадцать три минуты, — сказал мужчина в пальто. — Мы прослушали весь.

— Кто вы? — спросила мама.

— Адвокат Винсента.

Винсент посмотрел на неё.

— Я не делаю это из доброты, Мэри. Дэвид задолжал не только вам. Он обманывал поставщиков, поваров и владельца здания. Сегодня он решил, что сможет спрятаться за вашей бедностью.

Мама выпрямилась.

— Я хочу свои деньги.

— Вы их получите. Полностью. С процентами.

Дэвид вдруг засмеялся, но смех вышел сухим.

— Вы думаете, один журнал и какая-то запись уничтожат меня? У меня есть связи.

— Были, — поправил Винсент.

В дверь вошли двое людей в форме. Один положил на стойку официальный документ.

— Мистер Стерлинг, вам необходимо проехать с нами для дачи объяснений по делу о мошенничестве и невыплате заработной платы.

Дэвид посмотрел на меня.

— Это всё из-за ребёнка?

Я спрятался за маму.

Винсент встал между нами.

— Нет. Это из-за твоих решений.

Дэвид надел пальто, но один из людей в форме остановил его.

— Сначала ключи от автомобиля.

Ключи снова звякнули о пол.

Когда дверь за ним закрылась, мама опустилась на стул и заплакала. Я думал, что всё закончилось. Но телефон Винсента зазвонил.

Он ответил, послушал несколько секунд и посмотрел не на меня, а на маму.

— Что случилось? — спросила она.

Винсент медленно убрал телефон от уха.

— Дэвид успел подписать ещё один документ. И если мы не найдём его до утра, ваша квартира может оказаться следующей…