Я поцеловала истекающего кровью незнакомца в переулке, но когда он назвал моё имя, вооружённый мужчина отступил

Когда человек в чёрном пальто рухнул у задней двери закусочной, двое вооружённых мужчин уже решали, как тихо закончить его жизнь. Я стояла в трёх шагах от мусорных баков, с обгоревшей спичкой между пальцами, и понимала: если шевельнусь, следующей мишенью стану я.

Было два часа ночи. Над закусочной «Пел» мигала красная вывеска, а мокрый асфальт пах бензином и жареным маслом. Я только закончила смену и собиралась закурить, когда услышала тяжёлый удар о кирпичную стену.

— Ты слишком долго заставляешь нас ждать, — сказал один из мужчин.

Стоявший на коленях незнакомец ответил кашлем. На землю упала тёмная капля.

В руке его мучителя блеснул пистолет с коротким глушителем.

Я могла отступить. Запереть дверь. Позвонить кому-нибудь и потом всю жизнь убеждать себя, что ничего не видела. Но мужчина поднял голову, и я заметила на его запястье тонкий кожаный браслет с серебряной застёжкой в форме якоря. Почему-то эта маленькая деталь показалась мне нелепо человеческой.

— Эй! — крикнула я, сама не узнавая свой голос. — Томми, ты совсем рехнулся? Я велела ждать у машины!

Оба повернулись. Пистолет мгновенно оказался направлен на мою грудь.

Я пошла вперёд.

— Назад, — предупредил стрелок.

— Конечно. А потом ещё приготовлю тебе кофе и извинюсь за испорченный вечер.

Незнакомец смотрел на меня так, будто пытался понять, сумасшедшая я или просто отчаянная. Я схватила его за воротник. Он оказался тяжёлым, горячим от крови и удивительно сильным даже в полубессознательном состоянии.

— Не говори, — прошептала я.

А потом поцеловала его.

Наши зубы столкнулись. Я почувствовала вкус дождя, железа и табачного пепла. Он замер, а его пальцы едва заметно сжались возле моего локтя. Я прижалась крепче, закрывая его собой от оружия.

— Кто ты такая? — спросил стрелок.

Я оторвалась от незнакомца и раздражённо обернулась.

— Его девушка. И если вы ещё минуту будете смотреть, как он пьянеет в переулке, я сама вызову скорую.

— Он должен деньги.

— Тогда встаньте в очередь.

Незнакомец неожиданно перекинул руку мне на плечо и изобразил пьяного. Мы двинулись к двери. За спиной шуршал мокрый асфальт, и я чувствовала невидимый прицел между лопатками.

— Как его зовут? — бросил второй мужчина.

— Томми, — ответила я.

Раненый резко сжал моё плечо. Не Томми.

Я распахнула дверь, втолкнула его внутрь и заперла за нами засов. В подсобке пахло луком, хлоркой и холодным металлом морозильной камеры. Незнакомец сполз по стене, оставляя на белой плитке кровавый след.

— Ты только что поцеловала человека, которого собирались убить, — произнёс он хрипло.

— А ты только что позволил мне назвать тебя Томми.

Он поднял глаза. В них не было благодарности. Там была власть, к которой я не привыкла.

— Шарлотта Рид, — сказал он.

У меня похолодели пальцы.

— Откуда ты знаешь моё имя?

Он не ответил. Вместо этого достал из внутреннего кармана плоскую металлическую папку и протянул мне.

— Если я не выйду отсюда через десять минут, открой её перед человеком, который войдёт в эту дверь.

Снаружи раздались три спокойных удара. Незнакомец попытался подняться, но пошатнулся. Его рука потянулась к папке, и в тот же миг ручка двери медленно опустилась…

ЧАСТЬ 2

Ручка остановилась на полпути. Я видела, как металл дрогнул, будто человек снаружи передумал входить. Раненый прижал палец к губам и потянул меня за мешки с луком.

— Не открывай, — прошептал он.

— Это моя работа. Я здесь запираю дверь каждую ночь.

— Сегодня она запирает тебя.

За дверью послышался голос:

— Шарлотта, это я. Мартин. Открой.

Мартин был ночным управляющим. Он всегда носил белую рубашку и пах мятными леденцами. Но сейчас в его голосе не было обычной сонной доброты.

— Почему ты не спишь? — спросила я.

— Услышал шум. Проверяю, всё ли в порядке.

Незнакомец показал на папку. Потом медленно провёл пальцем по горлу.

Я сглотнула.

— Всё нормально, — сказала я. — Просто уронила ящик.

— Тогда открой.

Мой взгляд упал на пол. Между плитками лежала латунная пуговица с выгравированным якорем. Она оторвалась от пальто раненого. Я подняла её и сжала в ладони, чтобы не выдать дрожь.

— Я переодеваюсь, — ответила я. — Подожди у стойки.

Несколько секунд никто не двигался. Потом шаги удалились.

Раненый тихо выдохнул и попытался встать. На его рубашке расползалось тёмное пятно.

— Нужно вызвать врача.

— Если вызовешь, сюда приедут не врачи.

— Кто же ты?

— Человек, которому сегодня предали слишком много людей.

— Очень содержательно.

Он почти улыбнулся, но сразу согнулся от боли. Я разрезала его рубашку кухонными ножницами. Пуля прошла вскользь под ребром, однако кровь сочилась сильно. Пока я прижимала к ране полотенце, он смотрел на мои руки.

— На большом пальце шрам, — сказал он.

— Я обожглась кофейником.

— Нет. В детстве. Три маленькие точки.

Я отдёрнула руку.

— Ты следил за мной?

— Я искал тебя.

— Зачем?

Снаружи хлопнула дверь. В коридоре загремели ящики. Мартин вернулся, но теперь он был не один.

— Передай мне папку, — сказал незнакомец.

— Ты сам сказал открыть её, если не выйдешь.

— Сейчас я выйду.

Он вытащил из кармана складной нож, поднялся и встал за дверью. Я спрятала папку под фартуком. Ручка опустилась снова.

Мартин вошёл первым. За ним появились двое мужчин из переулка.

— Где он? — спросил Мартин.

— Кто?

— Человек, которого ты привела.

— У меня никого нет.

Один из мужчин ударил ладонью по холодильнику. От металлической стенки посыпалась белая изморозь.

Незнакомец выскочил из-за двери так быстро, что я едва успела отступить. Нож блеснул, один мужчина рухнул на колени, второй попятился. Мартин побледнел.

— Виктор, — выдохнул он.

Имя повисло в тесной подсобке тяжелее дыма.

Мартин смотрел не на рану, а на человека перед собой. И вдруг опустился на колени.

— Господин Орлов, я могу объяснить.

Виктор прижал нож к его подбородку.

— Объясни, почему мои люди пришли убить меня именно сюда.

Мартин переводил взгляд с него на меня. Потом усмехнулся, будто понял, чего я не знала.

— Она не знает, кто ты, Шарлотта. И не знает, почему её отец умер в ночь, когда ты исчезла из порта…

Мой желудок сжался.

— Что ты сказал?

Мартин резко дёрнулся, и из его кармана выпал ключ. На медной бирке был выгравирован тот же якорь, что на браслете Виктора. Он поднял глаза на меня и прошептал:

— Спроси его, кто отдал приказ…

ЧАСТЬ 3

— Кто отдал приказ? — повторила я.

Было без четверти три. В подсобке гудела морозильная камера, а под ногами растекалась вода от растаявшего льда. Виктор стоял, прижимая полотенце к боку, и держал Мартина за воротник. Двое его людей не шевелились. Один стонал возле ящиков, второй прижимал ладонь к разбитой губе.

— Твой отец не умер случайно, — сказал Мартин.

— Замолчи, — процедил Виктор.

— Ты ведь обещал ей правду.

Я посмотрела на Виктора.

— Он говорит о моём отце?

Виктор отвёл взгляд. Это оказалось страшнее любого ответа.

— Твой отец, Дэниел Рид, работал на причале номер семь, — произнёс он. — Он нашёл в грузовых накладных имена людей, которых перевозили через порт. Он хотел отнести записи журналистам.

— Каких людей?

Мартин усмехнулся.

— Свидетелей, должников, тех, кого твой отец пытался спрятать от босса. Он думал, что Орлов не знает.

— Я не был боссом, когда Дэниел погиб, — сказал Виктор. — Я управлял охраной порта. Приказ отдал Павел Серов.

Имя я не знала, но Мартин дёрнулся.

— Павел тогда отвечал за перевозки, — продолжил Виктор. — Он подделал подпись отца и выставил его виновником пропажи груза. Дэниела убили, а тебя вывезли из города, чтобы ты не стала свидетельницей.

Я почувствовала, как холод проходит сквозь подошвы.

— Кто меня вывез?

— Пел, хозяин этой закусочной. Он был другом твоего отца. Перед смертью Дэниел попросил спрятать тебя.

Я вспомнила старика Пела: его хриплый голос, привычку оставлять мне бесплатный пирог по воскресеньям, медную бирку от шкафчика, которую он когда-то сказал никогда не терять.

— Почему он ничего не рассказал?

Мартин рассмеялся.

— Потому что боялся. И потому что в шкафчике под кухней лежала вещь, за которую Павел убил бы половину города.

Виктор резко повернулся к нему.

— Ты уже достал её?

— Нет. Но знаю, где искать.

В коридоре зазвонил телефон. Старый аппарат у мойки звенел так громко, что я вздрогнула. Виктор взял трубку.

— Орлов слушает.

На другом конце кто-то заговорил. Лицо Виктора изменилось.

— Повтори.

Он передал трубку мне.

— Это для тебя.

Я прижала телефон к уху.

— Шарлотта? — спросил женский голос. — Меня зовут Елена Рид. Я сестра твоего отца.

У меня подогнулись колени.

— У меня нет тёти.

— Тебе так сказали. Пел спрятал тебя, но не меня. Я всё это время собирала доказательства. И сегодня Павел нашёл меня.

— Где вы?

— В подвале старого вокзала. У меня есть оригинал накладной и подпись человека, который отдал приказ. Но я не одна. Павел уже здесь.

В трубке раздался глухой удар.

— Елена!

— Шарлотта, слушай меня. Не верь Виктору. Именно его подпись стоит под приказом о смерти твоего отца.

Связь оборвалась.

Виктор увидел моё лицо и понял всё без слов.

— Это ложь, — сказал он.

Я сжала телефон так, что пластик хрустнул.

— Тогда поедем на вокзал и спросим у бумаги, кто из вас лжёт.

За стеной взревел двигатель. Мартин выглянул в маленькое окно и отшатнулся.

— Машины Павла уже у закусочной.

Виктор посмотрел на меня, потом на папку под моим фартуком.

— Если он возьмёт тебя, папка ему не понадобится. Он уже знает, что оригинал у Елены…