В день развода бывший муж заявил, что его семья забрала фирму моего отца, но после моего звонка свекровь побледнела

У дверей семейного суда Эстебан Риос сказал мне, что компания моего отца уже принадлежит его семье, и рассмеялся, увидев моё лицо. В руке у меня дрожали бумаги о разводе, а на пальце всё ещё остался след от снятого обручального кольца.

— Ты только что подписала конец своей прежней жизни, Мариана, — произнёс он. — И даже не поняла, что вместе с браком потеряла контроль над «Альварадо».

Рядом с ним стояла Рената, его помощница по проектам. На её плече висела дорогая сумка, которую я узнала сразу: её оплатили с корпоративной карты компании моего отца. Рената заметила мой взгляд и поправила ремешок.

— Не переживай, — сказала она. — У тебя теперь будет время заняться собой.

— А у тебя появится время вернуть то, что ты взяла без разрешения, — ответила я.

Улыбка на её губах стала тонкой и злой.

Эстебан шагнул между нами.

— Осторожнее. Ты больше не неприкосновенная.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что разговариваю не с мужем, который когда-то обещал уважать мою семью. Передо мной стоял человек, который уже мысленно раздал чужую компанию своим родственникам.

— Мой отец стареет, — продолжил Эстебан. — А предприятие держится на мне. Моя мать управляет закупками. Двоюродные братья ведут стройки. Дядья контролируют перевозки, охрану и поставки материалов. Если ты попробуешь нас убрать, фирма рухнет до зимы.

Ветер гонял по ступеням суда сухие листья, и один застрял на каблуке Ренаты. Она раздражённо стряхнула его.

— Принцесса лишилась замка, — усмехнулась она.

— Нет, — сказала я. — Ты просто подобрала то, что я временно выпустила из рук.

Эстебан сжал её локоть.

— Ты не понимаешь цифр, Мариана. Мы слишком глубоко внутри.

В этом он ошибся.

Я понимала цифры. Я видела счета поставщиков с одинаковыми адресами, консультантов без кабинетов, срочные переводы фирмам, созданным за неделю до оплаты. Видела, как фамилия Риос постепенно появлялась в каждом отделе «Альварадо».

Я также видела ночные совещания, которые не были совещаниями, чужие духи на воротнике Эстебана и расходы на поездки, совпадавшие с отпусками Ренаты.

Просто я слишком долго делала вид, что не замечаю.

Эстебан принял моё молчание за слабость.

— Ну что ты сделаешь? — спросил он. — Побежишь жаловаться отцу?

Я опустила взгляд на решение о разводе. На металлической скрепке блеснула маленькая латунная ласточка — закладка, которую отец подарил мне перед свадьбой. Он сказал тогда: «Если когда-нибудь потеряешь направление, ищи дорогу по крыльям».

Я закрыла папку.

— Посмотрим, насколько глубоко вы там засели.

Эстебан громко рассмеялся.

— Ты даже не знаешь, кому звонишь.

— Знаю.

Я достала телефон. Номер, который хранила под именем «Лусия — старое правление», не набирался мной почти четыре года. Но Лусия Салас была секретарём совета директоров ещё при моём деде и никогда не задавала лишних вопросов.

Я отошла к чёрной машине, пока Эстебан что-то говорил Ренате. Его смех доносился до меня сквозь шум улицы.

Лусия ответила после второго гудка.

— Мариана?

— Собери внеочередное заседание совета. Сегодня. И подготовь приказ об отстранении всех сотрудников, назначенных семьёй Риос.

На другом конце провода повисла тяжёлая пауза.

— Ты уверена, что имеешь право это сделать?

Я посмотрела на бывшего мужа. Он поднял руку, словно уже прощался с побеждённой женщиной.

— Уверена. Но сначала открой красную папку из сейфа моего отца. Второй лист снизу. Прочитай, кто поставил подпись…

Лусия резко втянула воздух, а я услышала, как в её кабинете повернулся ключ в замке…

ЧАСТЬ 2

— Лист уже у меня, — сказала Лусия. — Но, Мариана, ты должна понимать, что после этого дороги назад не будет.

Я сидела в машине у здания суда, прижав телефон к уху. На приборной панели лежала папка с решением о разводе, а латунная ласточка царапала кожу ладони.

— Дороги назад нет с того дня, когда Эстебан начал выносить компанию по частям.

— Тогда приезжай в главный офис.

Я вошла туда через сорок минут. В холле пахло полированным деревом и свежей краской. На стене висел портрет моего деда, а под ним теперь стояла стойка с табличкой «управляющая приёмная семьи Риос». Её установили без моего согласия.

Охранник перегородил мне дорогу.

— Распоряжение госпожи Риос, — сказал он.

— Которая именно госпожа Риос?

— Мать господина Эстебана.

— Тогда позвони ей и скажи, что я жду в кабинете председателя.

Через минуту у него задрожали пальцы. Он всё-таки пропустил меня.

В кабинете меня уже ждали Эстебан, его мать Беатрис и Рената. На столе стояли три чашки кофе, но мне никто не предложил сесть.

— Ты решила устроить сцену? — спросила Беатрис. Её браслеты звякнули, когда она скрестила руки. — После развода нормальные женщины исчезают из дел бывшего мужа.

— Нормальные семьи не выставляют себя владельцами чужой фирмы.

Эстебан положил передо мной договор.

— Вот соглашение о передаче оперативного управления. Твой отец подписал его два года назад.

Я увидела знакомую подпись, но дата была поставлена другим почерком.

— Где оригинал?

— В архиве.

— Нет. В сейфе у Лусии.

Беатрис резко повернула голову к сыну.

— Ты говорил, что всё уничтожено.

В комнате стало так тихо, что я услышала, как остывающий кофе щёлкнул о блюдце.

Эстебан побледнел, но быстро взял себя в руки.

— Это ничего не меняет. У нас договоры, долги и доступ к счетам.

— Долги, оформленные на компании твоих родственников?

Рената шагнула ко мне.

— Вы не понимаете, сколько людей потеряют работу, если начнёте мстить.

— Я не мщу. Я прекращаю платить за вашу роскошь.

В этот момент открылась дверь, и вошла Лусия. В руках она держала красную папку. На её обложке осталась глубокая царапина, будто кто-то пытался вскрыть её ножом.

— Садитесь, — сказала она. — Все.

Эстебан не сел.

— У тебя нет полномочий проводить это заседание.

Лусия достала один лист.

— У меня есть полномочия, подтверждённые уставом. А у Марианы есть то, чего вы не заметили, пока праздновали захват.

Она положила документ на стол, но прикрыла нижнюю часть ладонью.

— Ваша семья получила доступ к управлению, но не получила ни одной акции. Все права голоса оставались у закрытого фонда, созданного Раулем Альварадо.

Рената нервно усмехнулась.

— Фонда не существует.

— Существует, — ответила Лусия. — И единственным бенефициаром является Мариана.

Эстебан посмотрел на меня так, будто впервые увидел женщину, с которой прожил три года.

— Ты знала?

— Я знала достаточно, чтобы не спорить с тобой у дверей суда.

Беатрис ударила ладонью по столу.

— Рауль не мог передать ей компанию. Он был болен и не понимал, что подписывает.

Лусия открыла папку шире.

— Тогда объясните, почему его нотариальное распоряжение подписано за восемь месяцев до первого медицинского заключения.

Эстебан резко вырвал у неё лист. Бумага хрустнула в его пальцах.

— Это подделка.

— Если так, — сказала Лусия, — вам будет легко объяснить ещё одну вещь. Почему за три дня до развода вы перечислили семь миллионов песо на счёт компании, зарегистрированной на имя Ренаты?

Рената повернулась к Эстебану.

— Ты сказал, что деньги принадлежат твоей семье.

Он не ответил.

И тогда из коридора донёсся хриплый голос моего отца:

— Потому что он готовил не захват компании, Мариана. Он готовил её исчезновение…

Все обернулись к двери.

ЧАСТЬ 3

Рауль Альварадо стоял в дверях, опираясь на трость с серебряной рукояткой. Он выглядел слабее, чем утром, но взгляд у него был ясным. За ним стоял бывший финансовый директор Матео Веласко, которого Эстебан уволил месяц назад.

— Папа, тебе нельзя вставать, — сказала я и бросилась к нему.

— Мне нельзя было оставлять тебя одну среди этих людей, — ответил он.

Эстебан отступил.

— Вы не понимаете, о чём говорите.

Матео положил на стол толстую книгу в тканевой обложке.

— Это журнал согласований. Я вёл его вручную, потому что электронные записи слишком часто исчезали.

Он раскрыл страницу.

— Здесь указано, кто приказал завысить стоимость материалов. Здесь — кто направил платежи через подставные фирмы. А здесь стоит подпись Эстебана Риоса.

— Подпись можно подделать, — процедил Эстебан.

— Можно, — согласился Матео. — Но не привычку ставить точку после фамилии. Её вы оставляли на каждом распоряжении.

Рената схватила его за рукав.

— Эстебан, скажи им, что это ошибка.

Он оттолкнул её.

— Ты тоже брала деньги.

В комнате все замерли. Рената прикрыла рот ладонью.

— Ты обещал, что мы уедем после продажи, — прошептала она.

Беатрис побледнела.

— Продажи чего?

Матео перевернул страницу.

— Завтра утром банк должен был получить заявление о неплатёжеспособности «Альварадо». После этого активы перешли бы кредитору. Кредитором являлась фирма, которой владеет двоюродный брат господина Риоса.

Я посмотрела на Эстебана.

— Ты хотел обрушить компанию, чтобы купить её за долги.

— Я хотел спасти её от твоего отца! — выкрикнул он. — Он цеплялся за старые методы, а я мог сделать из этой фирмы огромную группу.

— Ты мог сделать её семейной кормушкой.

— Я построил половину того, что здесь есть!

Рауль ударил тростью по полу.

— Ты построил счета, по которым мои рабочие оплачивали твои гостиницы.

Эстебан повернулся к нему.

— Вы сами пустили меня в компанию.

— Я пустил тебя в дом, потому что считал тебя мужем моей дочери. В совет директоров тебя привела Мариана. И только она могла убрать тебя.

Лусия подняла второй лист.

— Согласно распоряжению фонда, полномочия Марианы вступают в силу в день окончательного развода. Сегодня.

Я почувствовала, как внутри меня что-то тяжёлое наконец сдвинулось.

— Лусия, начинай процедуру.

— Уже начала. Приказы об отстранении готовы. Доступ к счетам родственников Риоса приостановлен. Независимая проверка назначена на утро.

Беатрис схватила меня за руку.

— Ты уничтожишь семьи людей, которые работали здесь годами.

— Нет. Я отделю работников от тех, кто пользовался их именами.

В этот момент телефон Лусии зазвонил. Она ответила, выслушала собеседника и медленно подняла на меня глаза.

— Мариана, банк обнаружил ещё один документ. Сегодня утром кто-то предъявил твою доверенность и потребовал перевести контрольный пакет акций на счёт в другой стране.

Я посмотрела на Эстебана.

Он уже не пытался скрыть страх.

— Но доверенность у меня, — сказала я.

— Именно поэтому банк просит тебя приехать немедленно, — ответила Лусия. — Там утверждают, что подпись на доверенности принадлежит твоему отцу. А Рауль только что сказал, что никогда её не ставил…