Отчим приказал наказать меня за ложь своего сына, но после одного звонка его самоуверенная улыбка исчезла

В тот вечер мой отчим приказал избить меня пятьдесят раз, потому что его сын солгал, а моя мать отвернулась, словно я была виновата в собственной боли.

В доме Стерлингов пахло дорогим табаком, воском для паркета и приторным одеколоном Джулиана. Я стояла у стены в длинном коридоре, прижимая ладонь к ноющему боку, а он заслонял собой единственный выход.

— Куда собралась, Майя? — усмехнулся Джулиан.

На его пальцах блестели перстни. Один из них больно впился мне в кожу, когда он схватил меня за запястье.

— Убери руки.

— Мой отец владеет этим домом, — прошептал он, наклоняясь к моему лицу. — А значит, владеет и тобой.

От его дыхания меня затошнило. Я рванулась, но Джулиан сильнее сжал пальцы.

— Отпусти меня!

— Попробуй заставить.

Я не думала. Просто ударила его ладонью по лицу.

Хлопок разнёсся по коридору. На белой рубашке Джулиана выступили капли крови, а его перстень царапнул мне подбородок, когда он отшатнулся.

Через несколько секунд двери кабинета распахнулись.

Артур Стерлинг вышел на порог в чёрной судейской мантии, которую ещё не успел снять после заседания. Мой отчим был человеком, чьё имя произносили вполголоса даже те, кто не боялся закона. Он посмотрел на окровавленный нос сына, потом на меня.

— Она напала на меня, — всхлипнул Джулиан, опускаясь на колени.

— Это ложь, — сказала я. — Он пытался удержать меня.

— Замолчи, Майя, — резко произнесла мать.

Она стояла у лестницы, перебирая край жемчужного воротника. Я искала в её глазах хоть каплю сомнения, но увидела только страх перед Артуром.

— Ты слышал, что она сделала? — спросил Джулиан.

Артур медленно снял с пояса широкий кожаный ремень. Латунная пряжка скользнула по дереву и издала сухой скрежет.

— В моём доме ты подняла руку на моего сына?

— Он лжёт!

— Я сказал, замолчи.

Первый удар обжёг плечо. Я вскрикнула и отступила, наткнувшись на мраморную консоль. На ней дрогнула фарфоровая фигурка лошади, подарок, который отец прислал мне много лет назад.

— Артур, остановись, — тихо сказала мать.

Он повернул голову.

— Ты хочешь, чтобы завтра все узнали, как твоя дочь напала на Джулиана?

Мать опустила глаза.

— Нет.

После этого она больше ничего не сказала.

Удары продолжались. Я считала их, чтобы не потерять сознание. Двадцать семь. Тридцать один. Сорок два. В ушах звенело, а латунная пряжка каждый раз вспыхивала перед глазами, будто маленький ослепительный сигнал.

На пятидесятом ударе я упала на ковёр.

Джулиан стоял рядом и прижимал к носу белый платок.

— Вот теперь она научилась уважению, — сказал он.

Меня вытащили через боковую дверь и бросили в хозяйственный сарай. Колени ударились о бетон, металлический засов снаружи лязгнул, и темнота сомкнулась вокруг меня.

Я нащупала рядом ржавую полку, мешки с удобрением и разбитый телефон с треснувшим экраном. Аппарат был старым, почти бесполезным, но на нём оставалась одна сохранённая кнопка быстрого вызова.

Пальцы дрожали так сильно, что я нажала не с первого раза.

— Папа… — прошептала я. — Пожалуйста, спаси меня.

На другом конце сначала было молчание. Потом раздался низкий голос:

— Майя? Где ты?

Я попыталась ответить, но дверь сарая вдруг содрогнулась от удара. Кто-то снаружи крикнул, что Артур велел проверить, жива ли я. Телефон выскользнул из руки, а засов начал медленно подниматься…

ЧАСТЬ 2

…Дверь распахнулась, и в проёме появился охранник Ройс с фонарём. Луч света ударил мне в глаза. Я прикрыла лицо окровавленной ладонью, а разбитый телефон зажала под бедром.

— Поднимайся, — приказал он. — Хозяин хочет убедиться, что ты не устроишь новый спектакль.

— Я не могу.

— Тогда поползёшь.

Он вошёл, зацепив сапогом жестяное ведро. Ведро покатилось по бетонному полу, гулко ударяясь о стены. Я заставила себя подняться, но ноги подломились.

— Передай Артуру, что мне нужен врач.

Ройс усмехнулся.

— Врач уже был. Сказал, что ты просто упрямая.

Я посмотрела ему за плечо. Вдалеке, за деревьями, мерцали окна главного дома. Там Артур и Джулиан наверняка пили виски и обсуждали, как представить меня буйной и опасной.

— Он не имеет права держать меня здесь.

— У него есть право на всё, что он захочет.

Ройс схватил меня за локоть. Под пальцами его перчатки боль разлилась до самого плеча. Я качнулась, и из кармана выпал маленький металлический жетон — старый круглый медальон с выцветшим орлом. Отец подарил его мне в день, когда уезжал на последнюю службу.

Ройс поднял жетон.

— Красивый. Наверное, дорогой.

— Отдай.

— Потом.

Он бросил его на пол и наступил сапогом. Я услышала хруст металла и почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

В главном доме мать сидела на краю дивана, когда Артур вошёл в гостиную. Я видела их через приоткрытую дверь, пока Ройс тащил меня по коридору.

— Она слишком много знает, — сказал Артур.

— О чём ты?

— О документах. О счёте, который не должен был всплыть.

Мать резко подняла голову.

— Ты обещал, что это не коснётся Майи.

— Я обещал, что она получит свою долю, если подпишет отказ. Но после сегодняшнего вечера она подпишет всё, что я положу перед ней.

Джулиан стоял у камина, прижимая лёд к носу.

— Она всё равно никому не нужна, — процедил он. — Её настоящий отец исчез много лет назад.

Я остановилась за колонной. Сердце болезненно ударило о рёбра.

Мать прошептала:

— Не говори так.

— А что? — Джулиан повернулся к ней. — Она годами ждёт человека, который даже не знает, где она находится.

Артур посмотрел на меня. Он заметил тень на стене, но вместо тревоги улыбнулся.

— Веди её в библиотеку.

В библиотеке пахло старой кожей и пылью. На столе лежала папка с моим именем, рядом — стакан воды и ручка с тяжёлым серебряным корпусом.

— Подпишешь заявление, — сказал Артур. — В нём будет указано, что ты напала на Джулиана, а потом повредила имущество дома.

— Я ничего не подпишу.

Он наклонился ко мне.

— Тогда утром ты окажешься в закрытой клинике. Я подпишу направление сам.

— Ты судья, а не хозяин человеческой жизни.

— Ошибаешься. В этом городе люди живут так, как я решу.

Мать вошла следом. Её руки тряслись, но в них был маленький ключ.

— Артур, пожалуйста, хватит.

— Выйди.

— Она моя дочь.

— Тогда веди себя как мать и не мешай мне защищать семью.

Я посмотрела на ключ. На нём была выцарапана буква «С» — знак сарая. Мать незаметно положила его на край стола.

— Майя, — прошептала она, — когда они уйдут, беги к старой часовне. Там есть человек, которому я доверяю.

Артур резко обернулся.

— Что ты сказала?

Мать побледнела.

В этот момент снаружи послышался глухой рокот. Стёкла библиотеки задребезжали, с камина посыпалась пыль. Джулиан выронил стакан, и виски растеклось по ковру.

Ройс ворвался в комнату.

— Господин Стерлинг, над поместьем вертолёты. Два. Без опознавательных знаков.

Артур застыл.

— Вызови охрану.

— Уже пытался. Телефоны не работают.

С потолка донёсся тяжёлый гул. Мать закрыла глаза, словно узнала этот звук.

Артур схватил папку и бросился к сейфу.

— Кто они? — спросил Джулиан.

Я почувствовала, как под рёбрами поднимается страх, смешанный с надеждой.

— Это мой отец, — сказала я.

Артур медленно повернулся.

— Твой отец мёртв.

В ту же секунду в конце коридора раздался резкий металлический удар, и чей-то голос произнёс:

— Майя Ванс, отойдите от стены. Мы пришли за вами…

ЧАСТЬ 3

…Я не успела сделать шага. Входная дверь разлетелась внутрь, и в холл ворвались люди в тёмной форме без знаков различия. Они двигались быстро, но не хаотично: один перекрыл лестницу, второй встал между мной и Артуром, третий бросился к сараю.

Следом вошёл высокий мужчина с серебром в коротких волосах. На нём была полевая куртка, а на рукаве — маленькая вышитая эмблема с изображением сокола. Я узнала его не по лицу. По тому, как он остановился, увидев мои побитые руки.

— Папа, — выдохнула я.

Виктор Ванс пересёк холл за несколько шагов и опустился передо мной на одно колено.

— Майя, я здесь. Кто это сделал?

Я указала на Артура.

— Он. Артур. Джулиан помогал.

Артур поднял подбородок.

— Вы ворвались в частное владение, генерал. Я требую немедленно покинуть мой дом.

— Ты можешь требовать что угодно, — ответил отец. — Но сначала объясни, почему моя дочь заперта в сарае и избита ремнём.

— Она напала на моего сына.

— Ложь! — крикнула я.

Джулиан шагнул вперёд.

— Она сумасшедшая. У неё приступы ярости.

Отец посмотрел на него так, что Джулиан остановился.

— Ты сам сейчас признался, что был рядом.

— Я ничего не признавался.

Из боковой двери появился Ройс. Он держал мой разбитый телефон и помятый металлический жетон.

— Генерал, я нашёл это возле сарая.

Артур резко повернулся к нему.

— Ройс, замолчи.

Охранник побледнел.

— Я больше не буду молчать.

Он достал из кармана сложенный лист.

— Здесь расписание камер и копии распоряжений. Господин Стерлинг приказал отключить наблюдение на сорок минут. А ещё велел подготовить заявление, будто мисс Ванс сама нанесла себе травмы.

— Ты понимаешь, что говоришь? — прошипел Артур.

— Да. И понимаю, что у меня осталась копия платежа за моё молчание.

Мать закрыла лицо руками.

— Артур, ты говорил, что это только ради Джулиана.

— Замолчи! — рявкнул он.

Но было поздно. Отец достал из внутреннего кармана папку и положил на стол. На верхнем листе стояла подпись Артура и дата двухмесячной давности.

— Это заявление о признании Майи недееспособной, — сказал Виктор. — Подготовленное до сегодняшнего нападения.

Я смотрела на своё имя, напечатанное под словами «опасна для себя и окружающих».

— Зачем? — спросила я.

Артур сжал кулаки.

— Её мать подписала брачный договор. После твоего совершеннолетия доверительный счёт должен был перейти тебе. Я хотел временно управлять деньгами.

— Ты хотел забрать всё, — сказала мать.

— Я хотел спасти семью!

— Нет, — тихо ответил отец. — Ты хотел купить сыну безнаказанность и сохранить кресло.

Мать шагнула к столу и положила рядом тот самый ключ от сарая.

— Я открыла ей дверь, — сказала она. — Но она уже позвонила своему отцу.

Артур посмотрел на неё с ненавистью.

— Ты предала меня.

— Я слишком долго предавала дочь.

В этот момент один из людей Виктора вернулся с маленькой жестяной коробкой.

— Генерал, нашли под полом сарая. Внутри документы и печать нотариуса.

Отец открыл коробку. На дне лежал оригинал моего свидетельства о рождении и письмо, которое он отправил матери семнадцать лет назад. Артур прятал его всё это время.

Я взяла письмо дрожащими пальцами. В нём отец обещал забрать меня, как только закончится операция, но мать ответила, что я не хочу его видеть. Подпись была подделана.

— Ты не исчезал, — прошептала я.

— Я приезжал, — сказал отец. — Тебя не выпускали ко мне.

Артур попятился к сейфу.

— Вы не понимаете. Если это станет известно, рухнет не только моя карьера. Люди пострадают.

— Люди уже пострадали, — ответил Виктор.

Снаружи взвыла сирена. Не полицейская. Сигнал с городского здания суда.

Отец взглянул на телефон, который ему протянул один из его людей, и его лицо стало жёстким.

— Майя, нам нужно уезжать. Твоя мать только что получила сообщение: заседание по назначению Артура председателем комиссии начнётся через час.

— Он всё ещё может туда попасть?

Отец посмотрел на конверт, который достал из коробки.

— Может. Если мы не успеем показать, кто первым подписал документ о твоём исчезновении…