ЧАСТЬ 4
Документ упал на плитку лицевой стороной вверх.
Нора рванулась к нему, но я успел наступить на край листа.
— Не трогай.
— Деклан, ты не понимаешь.
— Именно поэтому я и прочитаю.
Иви стояла рядом, босая, с мокрыми волосами, прилипшими к шее. Красная лента от ключа всё ещё была зажата у неё в пальцах. Она смотрела не на Нору, а на подпись внизу страницы.
— Это Эллис, — прошептала она.
Подпись действительно была похожа на ту, что стояла под его заявлением. Но дата была сегодняшней, а Эллис, по словам Иви, едва мог держать ручку.
Я поднял документ.
Это была доверенность на продажу семейной лодочной станции.
Внизу стояла фраза: «От имени Иви Марлоу».
— Ты собиралась продать её завтра? — спросил я.
Нора прижала ладонь ко лбу.
— У меня не было выбора.
— Выбор был. Ты выбрала украсть деньги, подделать подпись и свалить всё на меня.
— Я не крала.
— Ты взяла кредит под её долю.
— Чтобы закрыть старый долг матери.
— А потом потратила деньги на себя, — сказала Иви.
Нора резко поднялась.
— На себя? Я платила за лечение мамы, пока вы оба занимались своими красивыми планами! Ты, Деклан, строил школу плавания, а Иви делала вид, что не замечает, как счета растут.
Иви вздрогнула.
Нора продолжила, уже не сдерживаясь:
— Эллис помогал мне с бумагами. Я думала, что справлюсь. Потом мать умерла, банк начал требовать возврат, а ты, Деклан, разорвал помолвку с Иви и исчез. Мне пришлось спасать то, что осталось.
— Я не исчез, — ответил я. — Я ушёл, потому что ты сказала Иви, будто я присвоил деньги. Ты сама выставила меня за ворота.
— Она бы не пережила правду.
— Какую правду? — спросила Иви.
Нора замолчала.
Я посмотрел на неё.
— Скажи ей.
— Не вмешивайся.
— Скажи.
Иви шагнула ближе.
— Какую правду?
Нора сжала телефон. На экране высветилось уведомление от банка. Время приближалось к десяти вечера.
— Я перевела деньги не только с общего счёта, — сказала она. — Я брала их из фонда, который ты создала для лечения мамы.
Иви словно ударили.
— Там были мои деньги.
— Я вернула часть.
— Ты сказала, что лечение оплатил благотворительный фонд.
— Я хотела сказать позже.
— Ты лгала мне два года.
Слова повисли между ними тяжелее влажного воздуха над бассейном.
Я снял ногу с документа и передал его Иви.
— У нас осталось два часа до полуночи. Что ты хочешь сделать?
Она долго смотрела на доверенность.
— Не знаю.
— Тогда сначала позвоним Эллису.
— Нора сказала, что он подтвердит продажу.
— Нора много чего сказала.
Мы вышли из раздевалки и прошли в пустую комнату администратора. За стеклом бассейн мерцал неподвижной голубизной. На столе лежал журнал посещений, рядом — металлическая кружка с остывшим чаем.
Иви набрала номер дома престарелых. Ответили не сразу.
— Эллис Вейн слушает, — произнёс хриплый голос.
Иви включила громкую связь.
— Мистер Вейн, это Иви Марлоу. Вы подписывали сегодня доверенность на продажу станции?
На другом конце повисла пауза.
— Нет, девочка. Я сегодня подписал только лист, который ты принесла. Про Нору и деньги.
Нора закрыла глаза.
— Вы уверены? — спросил я.
— Я старый, но не глупый. Нора приходила ко мне днём с готовой доверенностью. Я отказался её подписывать. Тогда она сказала, что если я заговорю, то обвинит меня в краже.
Иви медленно села.
— Почему вы не сказали раньше?
— Потому что боялся. Но ты пришла сама. А страх не должен переживать того, ради кого ты его терпел.
Нора опустилась на стул напротив. Её лицо стало совсем бледным.
— Эллис, я не хотела…
— Ты хотела продать лодочную станцию, Нора. Не меняй слова.
Связь оборвалась.
Несколько секунд никто не двигался.
Потом Нора достала из сумки чековую книжку и положила на стол.
— Здесь есть деньги, — сказала она. — Не все. Но достаточно, чтобы закрыть часть долга.
Иви посмотрела на неё с болью.
— Откуда?
— Я продала свою квартиру.
Я нахмурился.
— Когда?
— Сегодня утром. До того как пришла сюда.
Нора достала ключи и положила их рядом с документом.
— Я собиралась внести деньги на счёт, а потом всё равно продать станцию. Думала, что Иви никогда не узнает, как я получила кредит.
— Почему не сказала ей? — спросил я.
— Потому что тогда она бы увидела, что я не спасала семью. Я просто не умела признать, что провалилась.
Иви смотрела на ключи от квартиры.
— Ты продала собственный дом, чтобы вернуть мои деньги?
— Да.
— И всё равно подделала доверенность.
— Да.
Это признание не сделало Нору лучше. Но впервые оно перестало быть оружием.
Я достал телефон и набрал номер банка. Объяснил ситуацию, назвал номер договора, попросил приостановить продажу до проверки документов. Сотрудница на линии сказала, что без подтверждения владельца она ничего не обещает.
Иви взяла трубку.
— Я владелица доли. Я подтверждаю, что доверенность не выдавала. Завтра утром приеду лично с заявлением Эллиса Вейна.
Она говорила ровно, хотя рука у неё дрожала.
После разговора Нора тихо спросила:
— Ты всё равно пойдёшь против меня?
Иви посмотрела на неё.
— Я пойду против того, что ты сделала.
— Ты хочешь, чтобы меня посадили?
— Я хочу, чтобы ты перестала решать за всех, какую правду им можно выдержать.
Нора уставилась в пол. Её кольцо медленно повернулось на пальце, блеснув в холодном свете лампы.
Я не хотел оставаться рядом с ними. Но Иви вдруг коснулась моего запястья, там, где раньше висел оранжевый свисток.
— Ты снял его, — сказала она.
— Он намок.
— Нет. Ты снял его, когда подумал, что я утону.
Я посмотрел на свисток в своей ладони.
— Он помогал мне помнить, что нужно сохранять спокойствие.
— А кто поможет тебе?
Вопрос оказался неожиданно трудным.
Я встретился с её глазами.
— Ты сегодня чуть не сломала мне шею.
— Я могу научиться держаться слабее.
— А плавать?
Иви кивнула.
— Если ты не уйдёшь.
Нора подняла голову.
— Деклан, после всего, что я сделала, ты действительно собираешься снова с ней встречаться?
Я ответил не сразу.
— Это уже не твоё решение.
Иви взяла красную ленту с ключом и завязала её вокруг моего свистка. Затем положила его себе на ладонь.
— Завтра я поеду к Эллису, потом в банк, — сказала она. — А сегодня хочу закончить урок.
— В глубокую воду?
Она посмотрела на тёмную чашу бассейна за стеклом и сглотнула.
— Нет. Сначала туда, где ноги достают до дна.
Мы вернулись к дорожке. Нора осталась в комнате администратора, рядом с ключами от проданной квартиры и доверенностью, которую больше нельзя было выдать за правду.
Иви вошла в воду по плечи. Я стоял перед ней, не касаясь, пока она сама не протянула руку.
— Только не отпускай далеко, — сказала она.
— Я рядом.
— Деклан?
— Да?
Она сжала пальцы вокруг оранжевого свистка, привязанного к красной ленте.
— Если я снова обвью тебя ногами, это будет уже не чрезвычайная ситуация.
И впервые за этот вечер я рассмеялся.
— Тогда учись плавать быстрее, Иви.
Она оттолкнулась от бортика, и свисток тихо звякнул над водой.
Пропустили начало?
