Я учил сестру бывшей плавать, когда она обвила мои плечи — и её брат вдруг перестал улыбаться

Иви Марлоу закричала так, будто под водой к её ногам привязали камень, а потом обвила меня руками прямо посреди глубокого бассейна.

— Не отпускай! — выдохнула она, вцепившись в мою шею. — Деклан, если отпустишь, я буду преследовать тебя после смерти.

— Я не отпущу. Дыши.

Она была взрослой женщиной, двадцати семи лет, но сейчас дрожала так, как дрожат дети, впервые увидевшие глубину. Её ноги сомкнулись вокруг моей талии, мокрая щека прижалась к моей, а от волос пахло хлоркой и корицей. Я держал её одной рукой под лопатками, другой — за поясницу и медленно перебирал ногами, не давая нам обоим уйти ко дну.

Бассейн спортивного центра «Сагуаро» почти опустел. Было семь часов вечера в четверг, солнце пряталось за горами, и под водой одна за другой загорались лампы. На моём запястье болтался старый свисток с облупившейся оранжевой краской — подарок первого ученика, мальчика, которого я когда-то вытащил из реки. Я носил его как талисман.

— Я открыла глаза, — прошептала Иви.

— Тогда посмотри на воду.

— Я смотрю на тебя.

— Это не помогает плавать.

— Зато помогает не умереть.

Она всё-таки взглянула вниз. Её пальцы сильнее сжали мою шею.

— Там слишком далеко.

— До дна почти три с половиной метра.

— Зачем ты сообщил мне это таким спокойным голосом?

— Чтобы ты поняла: дно не исчезло. Оно просто не рядом.

Иви нервно рассмеялась. Смех отдался эхом под навесом, и я почувствовал, как напряжение в её теле немного ушло.

— Ты всегда такой невыносимо спокойный?

— Только когда кто-то пытается задушить меня во время урока.

— Это был не урок. Это была чрезвычайная ситуация.

— Конечно.

Она наконец разжала одну руку, но тут же снова вцепилась в моё плечо.

— Никому не рассказывай.

— Кому? Твоей сестре?

Её лицо мгновенно изменилось. Улыбка исчезла, будто её стёрли мокрым пальцем.

— Нора сегодня приходила к тебе?

— Нет.

— Она звонила?

— Три раза. Я не ответил.

— Правильно сделал.

В её голосе было не обычное раздражение. Там звучал страх.

Мы доплыли до бортика. Иви села на кафель, обхватив колени, а я выбрался следом и снял с запястья свисток. Он тихо стукнул о плитку.

— Деклан, — сказала она, не поднимая глаз, — Нора уверяет всех, что ты украл деньги из её семейного дела.

— Я знаю.

— Она говорит, что у неё есть доказательства.

— У неё нет ничего, кроме злости.

— Тогда почему она вчера показала мне папку?

Я замер.

Иви достала из спортивной сумки маленький медный ключ на красной ленте и сжала его в кулаке.

— Я нашла его там, где Нора была уверена, что никто не станет искать, — сказала она. — И если ты действительно не виноват, тебе нужно увидеть, что он открывает…

Она протянула руку к моей сумке, где лежала папка с расписанием бассейна, и пальцы коснулись молнии…

ЧАСТЬ 2

Пальцы Иви уже почти расстегнули молнию, когда в стеклянной двери показалась Нора.

Она стояла под мигающей вывеской бассейна в белом жакете, совершенно сухая и безупречная, словно пришла не в спортивный центр, а на заседание совета директоров. На её пальце блеснуло кольцо, которое я когда-то купил на нашу годовщину.

— Как трогательно, — сказала Нора. — Моя сестра в объятиях человека, который разрушил мою жизнь.

Иви поднялась, прикрыв ключ ладонью.

— Уходи.

— Я разговариваю с Декланом.

— А я сказала: уходи.

Нора перевела взгляд на меня.

— Ты даже не стал отрицать обвинения.

— Потому что отрицал уже сотню раз.

— В письме банку стоит твоя подпись.

У меня внутри всё сжалось. За месяц до нашего разрыва с общего счёта исчезли деньги, предназначенные для покупки помещения под школу плавания. Нора заявила, что я перевёл их себе. Потом показала семье копию распоряжения с моей подписью. Никто не спросил, почему подпись выглядела так, будто её выводили левой рукой.

— Я не подписывал это распоряжение, — сказал я.

— Конечно. Ты всегда был невиновен.

— А ты всегда была уверена, что громкий голос заменяет правду.

На лице Норы дрогнуло раздражение.

Иви встала между нами.

— Почему ты так боишься этого ключа?

— Какого ключа?

— Не притворяйся.

В дальнем конце зала уборщик уронил ведро. Металл грохнул по плитке, и Иви вздрогнула. Я заметил, как она сжала красную ленту, будто та могла удержать её от падения.

Нора сделала шаг вперёд.

— Иви, ты не понимаешь, во что ввязываешься.

— Я понимаю, что ты заставила меня подписать бумаги, которых я не читала.

— Ты сама согласилась.

— Потому что ты сказала, что это разрешение на ремонт бассейна у дома.

— Не устраивай сцену.

— Сцену устроила ты, когда назвала Деклана вором.

Я посмотрел на Иви. Она никогда раньше не защищала меня. После нашего расставания с Норой она не отвечала на мои сообщения и возвращала подарки через курьера. Я думал, что она ненавидит меня.

— Почему ты пришла ко мне? — спросил я.

Иви отвела глаза.

— Потому что нашла в кладовой старую папку. На ней была дата за день до перевода денег. А внутри — копия твоего заявления на открытие школы плавания. Только подпись там была не твоя.

— Где папка?

— В шкафчике номер сорок два. Ключ подходит к нему.

Нора резко схватила Иви за запястье.

— Ты сейчас отдашь мне ключ.

— Отпусти её.

— Это семейное дело.

— Когда ты использовала моё имя, оно перестало быть только семейным.

Нора отпустила руку, но её взгляд стал холодным.

— Если ты откроешь шкафчик, Деклан, назад дороги не будет.

— Для кого?

Она улыбнулась, но улыбка получилась натянутой.

— Для тебя.

В девять часов зал должны были закрыть. Мы пошли к раздевалкам, а Нора осталась у двери, наблюдая за нами. Иви всё время держала ключ в кулаке.

Перед шкафчиками она остановилась.

— Если там окажется то, чего я боюсь, ты уйдёшь?

— От тебя?

— От этой истории.

Я коснулся её мокрого плеча.

— После того как ты чуть не утопила меня? Уже поздно.

Она улыбнулась, но глаза остались тревожными.

Ключ вошёл в замок с сухим щелчком. Дверца открылась на несколько сантиметров. Внутри лежал конверт и маленькая пластиковая карточка с именем, которое я не видел десять лет…

❤️ Спасибо, что дочитали! Если хотите узнать развязку, поставьте лайк и напишите «Да» 👇

ЧАСТЬ 3

Дверца шкафчика распахнулась, и Иви вытащила конверт. Он был не серым и не белым, а цвета выцветшего песка, с тёмным пятном от воды на углу. На лицевой стороне стояло её имя.

— Я не открывала его, — сказала она.

— Почему?

— Потому что внутри могло быть объяснение, почему моя сестра так легко разрушила твою репутацию.

— А карточка?

Иви перевернула её. На пластике было имя «Эллис Вейн» и дата рождения, совпадавшая с днём, когда Нора продала старую семейную лодочную станцию.

Из-за двери донёсся голос Норы:

— Отдайте мне это.

Она вошла, заперев за собой раздевалку. В руке у неё был телефон, но она не снимала нас. Просто держала его так крепко, что побелели костяшки.

— Кто такой Эллис Вейн? — спросила Иви.

— Человек, которого больше нет.

— Это не ответ.

— Он умер.

Я раскрыл конверт. Внутри лежала нотариальная копия договора и короткое письмо, написанное от руки. Под договором стояла подпись Иви, но рядом имелась ещё одна — Норы, как поручителя.

Я пробежал глазами первую страницу и почувствовал, как холодеют пальцы.

— Нора, ты взяла кредит под залог доли Иви в семейной станции.

— Я собиралась всё вернуть.

— Ты перевела деньги на счёт, с которого потом исчезли средства школы, — сказала Иви.

Нора резко повернулась к ней.

— Я спасала нашу мать от долгов!

— Мама умерла два года назад.

— А долги остались!

В раздевалке стало тесно от её крика. Вода капала с моего полотенца на плитку, и каждый удар звучал слишком громко.

— Ты подделала мою подпись? — спросила Иви.

Нора не ответила.

— Ты подделала мою подпись, а потом обвинила Деклана, чтобы деньги искали у него?

— Он всё равно собирался бросить тебя.

— Что?

Нора посмотрела на меня, будто наконец поняла, что сказала лишнее.

— Ты не знаешь, что он сделал до нашего разрыва.

— Я знаю, что он не крал деньги, — ответила Иви. — Потому что Эллис Вейн видел, как ты просила его подписать перевод.

Я поднял голову.

— Эллис жив?

Иви кивнула на пластиковую карточку.

— Он работал бухгалтером у нашей матери. Нора сказала всем, что он уехал. Но я нашла его в доме престарелых. Он помнит тот вечер.

Нора попятилась.

— Он ничего не помнит.

— Он помнит, как ты принесла ему пустой бланк с подписью Деклана, — сказала Иви. — И помнит, как ты пригрозила лишить его жилья.

— Ты не разговаривала с ним.

— Разговаривала.

— Иви…

— Он написал всё своей рукой, потому что плохо слышит и не может записать это на телефон. Я принесла его заявление в конверте.

Она достала второй лист. Внизу стояла подпись Эллиса и дата — сегодняшняя.

Нора опустилась на скамью. Её кольцо ударилось о деревянную планку.

— Я хотела вернуть деньги, — прошептала она. — Потом поняла, что проще сделать виноватым Деклана. Он уже был чужим для семьи.

— А я? — спросила Иви. — Ты тоже собиралась сделать чужой?

Нора подняла на неё глаза.

— Я думала, что защищаю тебя.

— Ты использовала меня как залог.

В этот момент у Иви зазвонил телефон. Она ответила и побледнела.

— Да, это я.

Я услышал только её сторону разговора. Затем она медленно опустила телефон.

— Банк прислал уведомление. Завтра утром долю в станции выставят на продажу. Если мы не внесём всю сумму до полуночи, Иви потеряет её окончательно.

Нора закрыла лицо ладонями.

А потом из её сумки выпал ещё один документ. На нём стояла сегодняшняя дата и подпись человека, которого мы считали умершим…