ЧАСТЬ 4

У Карло был ключ.

Он висел на тонкой цепочке у него на шее, под воротником белой рубашки. Маленький, медный, с выцарапанной буквой «М».

Марко заметил его первым.

— Не двигайся.

— Я и не двигаюсь, — ответил Карло. — Но если вы хотите выбраться отсюда, вам понадобится моя помощь.

Сирена резала подвал на короткие, болезненные звуки. Красная лампа мигала над лестницей. В воздухе уже чувствовался горький запах горелого пластика.

Лили закашлялась у меня на руках.

Я прижала её к себе.

— Алессандро, нам нужно уходить.

Он не сводил взгляда с Карло.

— Где находится резервный бак?

— За стеной винного хранилища. Дверь открывается ключом.

— А пожар?

— Я включил систему подогрева проводки. Она сработает через двенадцать минут.

Марко шагнул к нему.

— Отдай ключ.

Карло усмехнулся.

— И что потом? Ты пристрелишь меня? Алессандро потеряет единственного человека, который знает, как остановить систему.

— Ты не единственный, — сказала Роза.

Все повернулись к ней.

Старая уборщица указала на стену возле лестницы.

— В этой усадьбе всё строили по старым итальянским схемам. У резервного замка есть ручной рычаг. Его закрасили, но я видела его двадцать лет назад.

— Где? — спросил Алессандро.

— За полкой с бутылками, возле каменной колонны.

Карло резко дёрнулся.

Марко толкнул его на стул.

— Оставайся здесь.

— Если я не введу код, рычаг не сработает, — крикнул Карло.

Алессандро наклонился к нему.

— Тогда пойдёшь с нами.

Мы пробежали по узкому коридору. Каменные стены дрожали от работающей вентиляции. Из-за двери хранилища доносился треск, будто кто-то ломал сухие ветки.

Я поставила Лили на пол и взяла её за руку.

— Держись за меня.

— Я держусь.

— Не отпускай.

— Я не отпущу.

За полками Роза нашла металлическую пластину. Алессандро сорвал с неё краску ножом, который вытащил из кармана. Под ней оказался рычаг, но рядом горел красный индикатор.

— Код, — сказал Марко.

Карло, которого он держал за плечо, тяжело дышал.

— Семь, один, девять, четыре.

Алессандро ввёл цифры.

Ничего не произошло.

— Ты ошибся, — сказал Марко.

— Нет.

— Тогда почему замок не открывается?

Карло посмотрел на меня.

— Потому что система требует имя того, кто имеет право на семейное хранилище.

Я почувствовала, как у меня немеют губы.

— Какое имя?

— Алессандро должен назвать его сам.

Алессандро положил ладонь на панель.

— Лилиана Миллер.

Замок щёлкнул.

Дверь распахнулась, и изнутри вырвался горячий дым. Марко накрыл лицо рукавом. Роза бросилась к вентилю, а Алессандро вошёл в помещение, где вдоль стены уже тлели провода.

Я увидела рядом с Лили деревянный ящик, на котором стояла канистра с горючей жидкостью.

— Алессандро!

Он обернулся.

Карло воспользовался мгновением. Рванулся к панели, толкнул Марко и схватил меня за запястье.

— Ты пойдёшь со мной, — прошипел он. — Если я погибну, все узнают, где спрятаны документы. И твоя дочь станет первой, кого они найдут.

— Убери от неё руки, — сказал Алессандро.

— Ты ничего не сделаешь. Ты слишком занят тем, чтобы изображать отца.

Карло вытащил из кармана зажигалку.

Он хотел поднести огонь к канистре, но Лили вдруг подняла голову.

— Это тот самый человек.

Карло замер.

— Что?

— Ты приходил к нам, когда мама спала. У тебя был такой же запах.

Она ткнула пальцем в его манжет. На белой ткани темнело масляное пятно.

Я вспомнила: две ночи назад Лили проснулась от скрипа лестницы. Я тогда решила, что это соседи. Но в дверном проёме действительно стоял Карло. Он не просто угрожал мне.

Он приходил проверить, не сказала ли я Алессандро.

— Ты был у нас, — сказала я.

Карло сильнее сжал мою руку.

— Ты ничего не докажешь.

— Докажу я, — произнесла Роза.

Она подняла из металлического ящика тонкую книгу с журналом доступа.

— Здесь записаны все визиты в квартиру Грейс. Карло сам оставлял отметки, потому что считал, что никто не посмеет проверить записи старой консьержки.

Карло вырвал у неё книгу.

Но страницы разлетелись по полу, и на каждой стояла его подпись.

Алессандро посмотрел на листы, потом на Карло.

— Ты следил за ними.

— Я охранял вас от позора.

— От какого позора?

Карло засмеялся, но смех сорвался в кашель.

— От того, что великий Алессандро Моретти бросил женщину с ребёнком. От того, что твой отец завещал тебе власть, а ты даже не заметил, как у тебя родилась дочь.

Алессандро побледнел.

Я ожидала ярости. Но он лишь посмотрел на Лили, которая стояла возле меня в розовом платье, испачканном пылью.

— Я не знал, — сказал он.

— Зато я знала, — ответила я. — Каждый день. И каждый день боялась, что ты узнаешь слишком поздно.

Он подошёл ко мне, не обращая внимания на дым.

— Ты должна была сказать.

— Я пыталась.

— Я знаю.

Эти два слова были тише сирены, но от них у меня подкосились ноги.

Алессандро снял с себя пиджак и накинул его на Лили. Девочка тут же обхватила его за шею.

— Папа, а мы можем уйти отсюда?

Алессандро закрыл глаза на секунду.

— Можем.

Карло рванулся к боковому проходу. Марко перехватил его у лестницы, но Карло успел бросить зажигалку. Она упала на каменный пол и погасла.

Роза подняла её двумя пальцами.

— Он хотел сжечь не архив, — сказала она. — Он хотел уничтожить себя вместе с доказательствами.

Марко связал Карло ремнём от его же пальто и вывел наверх. Там уже собрались охранники. Никто не спрашивал, что делать. Все видели журнал, переводы и оригинал свидетельства.

Карло оглянулся на Алессандро.

— Ты не удержишь власть без меня.

— Я не собираюсь удерживать её прежней ценой.

— Ты пожалеешь, что поверил им.

— Я пожалею только о том, что поверил тебе.

Карло вывели из дома не через парадный вход, а через служебный коридор, которым он пятнадцать лет распоряжался как своим королевством. Там стояли люди, которым он отдавал приказы, увольнял, унижал и заставлял молчать.

Никто не уступил ему дорогу.

Когда пожарную систему отключили, в подвале стало тихо. На полу осталась вода, смешанная с вином и пеплом. Оригинал свидетельства лежал у Алессандро в руке.

— Ты заберёшь Лили? — спросила я.

— Если ты позволишь.

— Я не знаю, как это будет.

— Я тоже.

— Ты опасный человек.

— Да.

— И вокруг тебя опасные люди.

— Поэтому я уберу их из её жизни.

— А если не получится?

Алессандро посмотрел на Розу, на Марко, на страницы журнала, которые теперь собирали с пола.

— Тогда я буду отвечать за каждый свой промах сам.

Это не было обещанием, которое можно произнести красиво. Это было решение, от которого зависела его жизнь.

Лили потянула его за рукав.

— Ты правда мой папа?

Алессандро опустился перед ней на одно колено.

— Правда.

— Тогда почему ты так долго спал?

Он посмотрел на меня. Я впервые увидела на его лице не власть и не страх, а боль человека, который понял, сколько пропустил.

— Потому что я не знал, что ты меня ждёшь.

Лили задумалась, потом протянула ему свою маленькую руку.

— Я ждала не тебя. Я ждала того, кто не даст Карло нас обидеть.

Алессандро взял её ладонь.

— Тогда начну с этого.

На следующий день он перевёл деньги с закрытых счетов на отдельный счёт для Лили и отдал мне ключи от небольшой квартиры рядом с детским садом. Не в подарок и не в обмен на прощение. На моё имя, с документами, которые я прочитала трижды.

Марко передал копии журнала в городскую прокуратуру, а Роза отказалась уезжать из усадьбы, пока не проверит каждый архивный ящик. Карло потерял не только должность. Все счета, которыми он тайно управлял, заморозили, а люди, считавшие его хозяином дома, один за другим рассказали, сколько лет он крал и кого заставлял молчать.

Алессандро не просил меня забыть угрозы.

Он не просил назвать его отцом.

Он каждое утро приезжал к детскому саду и ждал, пока Лили сама решит, брать его за руку или нет.

В первый день она вручила ему пластмассовую корону из коробки с игрушками.

— Теперь ты король, — сказала она.

— Нет, — ответил Алессандро.

— А кто?

Он посмотрел на неё, потом на меня.

— Тот, кто должен был прийти раньше.

Лили нахмурилась и поправила корону у него на голове.

— Тогда не опаздывай завтра.

Алессандро кивнул так серьёзно, будто получил приказ на войну.