Я вернулся к жене после ночи с любовницей, но пустая детская заставила моего телохранителя побледнеть

В пять четырнадцать утра я вошёл в детскую и увидел две пустые колыбели, а на мраморном полу лежала моя кровь.

Я застыл между ними, не сразу поняв, что кровь была не моей. Она тянулась тонкой полосой от окна к двери, словно кто-то раненый пытался выбраться из комнаты. За стеклом серел сентябрьский рассвет, а за стенами поместья не звучало ни одного голоса.

— Клара? — крикнул я.

Ответила только игрушечная карусель. Один деревянный слоник медленно вращался над пустой колыбелью и тихо постукивал о соседнюю фигурку.

Я коснулся матраса Лео. Холодный. Вторая кроватка Софии тоже была пустой. На спинке кресла висела пелёнка, ещё пахнувшая молоком. Я сжал её так сильно, что ногти впились в ладонь.

Ещё час назад я собирался купить Кларе браслет. Думал, что дорогой подарок сможет прикрыть запах гардении на моей рубашке и ещё одну ночь, которую я провёл не дома. Клара просила ночную помощницу, потому что близнецы не давали ей спать. Я решил нанять двух. Потом решил остаться на выходных. Потом уехал к другой женщине.

На тумбочке лежал телефон Клары. Экран был разбит, но не выключен. Я набрал её номер. Из коридора донёсся короткий звонок.

Телефон лежал под ковром у лестницы.

— Чёрт.

Я поднял его и заметил на экране последнее сообщение, отправленное в четыре сорок две. Получатель был скрыт, но текст оставался виден: «Если он приедет, скажи ему, что я выбрала детей».

Я перечитал строку трижды. Затем услышал внизу металлический удар.

Пистолет уже был у меня в руке, когда я спустился в холл. Входная дверь стояла распахнутой. На ковре виднелись мокрые следы, хотя дождя не было. Один след был маленьким, детским, будто кто-то наступил босой ногой в воду.

— Салливан! — позвал я охранника.

Из будки у ворот не ответили. Камеры работали, но на всех экранах застыл один и тот же кадр: пустая подъездная дорожка и время четыре тридцать семь.

Я ворвался в комнату охраны. Кофе в чашке был ещё тёплым. Куртка Салливана висела на стуле, а его ключи лежали рядом с рацией. На металлической панели возле сейфа темнел отпечаток ладони, измазанный красным.

В этот момент за моей спиной заскрипела половица.

Я резко обернулся.

В дверях стоял мой брат Адриан, бледный, без пальто, с пустыми руками.

— Ты приехал слишком поздно, Доминик, — сказал он.

— Где моя жена?

Адриан посмотрел на пистолет, потом на лестницу.

— Сначала убери оружие.

— Где дети?

Он сглотнул и поднял ладонь, будто хотел остановить меня.

— Если Клара оставила тебе хоть какой-то шанс, ты найдёшь его в кабинете. Но не открывай нижний ящик, пока не поймёшь, кто уже приехал за тобой.

Снаружи раздался гул двигателя. Адриан повернул голову к окну, а я увидел, как к дому подъезжает чёрный автомобиль без номерных знаков. Его задняя дверь открылась, и человек в перчатках вынес плоскую папку, направляясь прямо к моему кабинету…

ЧАСТЬ 2

Папка легла на стол раньше, чем я успел добежать до кабинета. Человек в перчатках остался в дверях, а Адриан запер замок одним движением.
— Кто ты такой? — спросил я.
— Тот, кто приехал раньше людей, которые убили бы ваших детей.
— Где Клара?
Он ничего не ответил. Только кивнул на папку.
На обложке стояла фамилия моей жены и сегодняшняя дата. Под ней красовалась печать нотариальной конторы, которую я хорошо знал: там оформляли документы для семьи Костелло.
Я открыл папку.
Внутри лежал лист с подписью Клары. Она писала, что покидает поместье добровольно и запрещает мне разыскивать её до тех пор, пока не будет выполнено одно условие. Ниже стояла строка: «Доминик должен узнать, что сделал его отец».
— Это подделка, — сказал я.
Адриан усмехнулся без радости.
— Ты даже сейчас думаешь только о том, как вернуть её под крышу.
— Ты знал, что она уйдёт?
— Я знал, что она пыталась спасти Лео и Софию.
Я схватил его за ворот рубашки.
— От кого?
Человек у двери достал из кармана маленький латунный жетон. На нём был выгравирован чёрный ворон — знак Маттео Варги, короля враждующей группировки. Его люди контролировали порт, казино и половину города. О Маттео говорили, что он никогда не вмешивается в чужую семью без причины.
— Ваша жена обратилась к нему сама, — сказал незнакомец.
У меня перехватило дыхание.
— К моему врагу?
— К единственному человеку, которого ваш отец не смог купить.
В нижнем ящике я нашёл не оружие, а детскую медицинскую карту. На последней странице стояла подпись нашего семейного врача. Дата была за три дня до рождения близнецов.
Клара знала, что дети не просто заболели. Кто-то подменял лекарства.
— Это невозможно, — прошептал я.
— Возможно, — ответил Адриан. — И если ты хочешь увидеть их живыми, перестань считать Варгу похитителем.
Телефон в кармане завибрировал. Номер был неизвестен. Я включил громкую связь.
— Доминик, — раздался голос Клары. Она говорила тихо, но не плакала. — Не приезжай один. И не верь человеку, который скажет, что делал это ради семьи.
— Клара, где ты?
— Там, где дети в безопасности.
— Скажи адрес.
На другом конце послышалось детское хныканье, затем мужской голос:
— Времени нет. Они нашли нас.
Связь оборвалась.
Адриан отступил к стене. Я увидел, как его пальцы сжали край стола.
— Кто нашёл? — спросил я.
Он поднял глаза, и в них было то, чего я не видел с похорон отца: настоящий страх.
— Тот, кому ты всю жизнь отдавал ключи от своего дома…

ЧАСТЬ 3

— Ты, — сказал я.
Адриан не успел ответить. Дверь кабинета распахнулась, и в комнату вошёл Салливан. На его виске запеклась кровь, но он держался на ногах.
— Уберите оружие, мистер Костелло, — произнёс он. — Я не похищал вашу семью.
— Ты исчез с поста.
— Потому что меня пытались заставить открыть ворота.
Салливан положил на стол связку ключей. К каждому ключу была прикреплена маленькая бумажная бирка. На одной я узнал почерк отца.
— Ваш отец распорядился подготовить подземный выезд ещё до рождения близнецов, — сказал охранник. — А ваш брат получил приказ воспользоваться им, если вы откажетесь подписать передачу компании.
Адриан резко повернулся.
— Замолчи.
— Ты сам попросил меня убрать камеры, — продолжил Салливан. — Сказал, что Клара должна исчезнуть на одну ночь, чтобы Доминик подписал бумаги.
Я посмотрел на брата.
— Какие бумаги?
Он молчал, и тогда человек с латунным жетоном раскрыл второй документ. Это был договор, согласно которому моя доля в порту переходила к Адриану, если я объявлялся недееспособным или погибал. Рядом лежала банковская выписка: за последние шесть недель он переводил деньги врачу, охранной фирме и женщине из квартиры в Сохо.
Моей любовнице.
У меня под рёбрами словно лопнула ледяная оболочка.
— Ты использовал её, чтобы держать меня подальше от дома?
— Ты сам туда ездил, — прошипел Адриан. — Я лишь дал тебе повод оставаться таким, каким ты был.
— Где Клара?
Салливан посмотрел на человека Варги.
— В старой клинике на Ривер-стрит. Маттео вывез её через служебный тоннель. Он спас детей, когда врач попытался ввести им новую дозу.
Адриан отступил.
— Врёшь.
— Тогда почему на твоей рубашке кровь Лео? — спросил Салливан.
Адриан посмотрел вниз. На манжете действительно темнело маленькое пятно.
В этот миг зазвонил телефон на столе. Номер принадлежал клинике. Я схватил трубку.
— Доминик? — сказала Клара. — Мы живы. Но Маттео ранен, а твой брат знает, где находится второй выход.
— Я еду.
— Нет. Послушай. Врач сказал, что лекарство уже попало в кровь Софии. Если мы не найдём противоядие, у нас меньше часа.
Я посмотрел на медицинскую карту. На полях стояла короткая пометка врача: «Состав хранится в архивном сейфе семьи Костелло».
Ключ от сейфа был у Адриана.
Он улыбнулся, решив, что снова держит нас за горло.
Но Салливан достал из кармана маленький медный ключ и положил его рядом с картой.
— Ваш отец оставил его мне, — сказал он. — И ещё одну вещь. Доминик, вам лучше знать: противоядие находится не в сейфе. Его забрал человек, который сейчас держит вашу жену в прицеле…