Я пришла на свадьбу бывшей золовки, а мой бывший муж начал насмешливо расспрашивать о работе — пока не увидел вошедшего гостя

Когда Илья при всех спросил, есть ли у моего агентства хоть один настоящий клиент, невеста уронила вилку на белую скатерть.

Это произошло около девяти вечера в банкетном зале на Петровской улице. За окнами блестели мокрые крыши, под потолком плавали золотистые отблески свечей, а скрипач выводил слишком веселую мелодию. Илья сидел рядом со мной, будто мы по-прежнему были супругами, и медленно крутил в пальцах тяжелый бокал.

— Клиенты есть? — повторил он, наклонившись ближе. — Или ты просто красиво называешь подработку агентством?

За соседним столом разговоры стихли. Я почувствовала, как край бумажной салфетки впился мне в ладонь.

— Есть, — ответила я. — И достаточно.

— Назовешь кого-нибудь?

— Не здесь.

Илья усмехнулся.

— Конечно. Наверное, секретные заказчики. Ты всегда любила создавать видимость.

Три года назад я ушла от него с двумя чемоданами, ноутбуком и маленькой жестяной коробкой из-под мятных леденцов. В коробке лежала флешка с первыми наработками моего проекта. Тогда Илья смеялся, что я пытаюсь открыть агентство без денег, связей и приличного офиса.

— А ты чем занимаешься? — спросила я. — Всё еще рассказываешь всем, что построил карьеру один?

Его улыбка стала тоньше.

— Я хотя бы не прячусь за громкими словами.

В этот момент к нам подошла Катя. На ее фате дрожали мелкие стеклянные капли, а на пальце сверкало новое кольцо.

— Илья, пожалуйста, не начинай, — тихо сказала она.

— Я просто разговариваю с Алиной.

— Ты разговариваешь так, будто хочешь, чтобы слышал весь зал.

Он пожал плечами и поднялся. От него пахло виски и дорогим древесным одеколоном, тем самым, который когда-то стоял у нас в ванной и означал: вечером лучше не спорить.

— Не обижайся, Алина. Мне правда интересно, как ты выживаешь.

— Я не выживаю, — сказала я. — Я работаю.

Он уже отошел, когда Марина, рыжая сотрудница Кати, наклонилась ко мне.

— Простите, но почему он так себя ведет?

— Потому что привык считать, что знает обо мне всё.

В десять часов ведущий объявил первый танец. Гости поднялись, задвигали стульями, зазвенели браслеты. Я отошла к колонне, чтобы не мешать молодоженам, и достала телефон. На экране было три пропущенных вызова от незнакомого номера.

Я перезвонила.

— Госпожа Воронова? — спросил мужской голос. — Я уже в ресторане. Мне сказали, что вы будете здесь.

— Кто вы?

— Человек, который слишком долго молчал. Нам нужно поговорить до того, как ваш бывший муж подпишет бумаги.

Я посмотрела на Илью. Он стоял у окна и что-то шептал Насте, но, заметив мой взгляд, резко отвернулся.

— Какие бумаги?

— Те, из-за которых ваше агентство может исчезнуть завтра утром.

Музыка оборвалась. В дальнем конце зала открылась дверь, и вошел невысокий мужчина с кожаной папкой, прижатой к груди. Он сразу посмотрел на меня, потом на Илью.

Илья побледнел.

Мужчина подошел к нашему столу, положил папку рядом с моей тарелкой и сказал:

— Я принес то, что вы просили три года назад. Но открыть это при всех решитесь только вы…

Он расстегнул металлическую застежку, и я протянула руку к первой странице…

ЧАСТЬ 2

На первой странице стояла моя подпись.

Я узнала ее сразу: буква «А» с длинной перекладиной, которую всегда старалась исправить, но так и не исправила. Ниже была дата — двенадцатое апреля, за четыре месяца до нашего развода.

— Что это? — спросила Катя.

Мужчина поправил очки.

— Меня зовут Сергей Ланской. Я был финансовым директором компании, где работал Илья.

Илья резко поставил бокал на стол.

— Катя, убери его отсюда.

— Ты его знаешь? — спросила сестра.

— Он уволен за воровство.

— За то, что отказался подписывать ложный отчет, — спокойно ответил Сергей.

У меня похолодели пальцы. Я перевернула лист. На нем был договор передачи прав на рекламную платформу, которую я придумала еще в нашей маленькой квартире. Илья называл ее бесполезной схемой. Потом, после развода, я обнаружила, что почти такая же система появилась в его компании.

— Ты говорил, что мои идеи никому не нужны, — произнесла я.

— Потому что это были общие семейные разработки.

— Нет. Ты даже не умел пользоваться программой, которую я создала.

Сергей достал из папки еще один лист.

— Ваша подпись на договоре поддельная. Но главное не это. Здесь есть регистрационная отметка, сделанная в тот день, когда вы уже жили отдельно.

Марина тихо ахнула. За спиной кто-то перестал смеяться.

Илья наклонился ко мне.

— Ты устроила спектакль на свадьбе моей сестры?

— Это ты устроил спектакль, когда решил унизить меня перед гостями.

— Ты не понимаешь, с кем связалась.

— Зато теперь понимаю, почему ты так нервничаешь.

Катя взяла бумаги. Ее пальцы дрожали, и маленькая жемчужина на браслете ударялась о край листа.

— Илья, скажи, что это неправда.

Он посмотрел на нее и вдруг смягчил голос.

— Катя, я хотел защитить семью. Компания развалилась бы, если бы я не использовал разработки Алины.

— Ты украл ее работу?

— Я сделал из нее деньги.

Эта фраза повисла над столом тяжелее музыки.

Сергей достал последний документ.

— Есть еще один человек, который может подтвердить, кто именно создавал платформу. Он ждет в служебном коридоре.

Илья шагнул к папке, но я закрыла ее ладонью.

— Кто это?

Сергей посмотрел на меня с сожалением.

— Человек, которого вы сами попросили помочь три года назад. И он пришел не ради вас. Он пришел, чтобы вернуть себе имя…

ЧАСТЬ 3

В служебном коридоре пахло кофе, мокрыми пальто и горячим металлом от посудомоечной машины. Я вышла туда вместе с Сергеем, Катей и Ильей. Музыка из зала доносилась приглушенно, словно свадьба проходила уже в другой жизни.

У окна стоял Павел, бывший программист компании Ильи. Он держал в руках чертежи, перевязанные коричневой лентой.

— Павел? — прошептала я.

— Простите, что так поздно, — сказал он. — Я испугался.

Илья усмехнулся.

— Ты всегда был трусом.

Павел поднял глаза.

— Поэтому ты заставил меня подписать заявление, будто платформу создал ты?

Катя отступила к стене. На белой плитке дрогнуло отражение ее короны.

Павел развернул первый чертеж.

— Вот исходная схема. Автор — Алина Воронова. Я помогал ей по вечерам, когда она еще была замужем за Ильей. Она придумала способ связывать рекламные данные с поведением покупателей. Я написал техническую часть.

— Ты сказал мне, что это моя разработка, — бросил Илья.

— Я сказал это в отчете, потому что ты угрожал лишить меня работы и не оплатить лечение дочери.

Сергей положил рядом банковскую выписку.

— А вот перевод на счет Павла. Деньги пришли от компании через два дня после регистрации платформы. В назначении платежа написано: «За молчание и передачу исходных материалов».

У Ильи дернулся уголок рта.

— Это ничего не доказывает.

— Тогда зачем ты пытался купить мою молчаливую подпись сегодня утром? — спросил Павел.

Он достал из кармана сложенный лист. Илья бросился к нему, но Сергей встал между ними.

— Не трогай его.

Я взяла лист. Внизу стояла подпись Ильи, а рядом — пункт о передаче всех прав на платформу мне, настоящему автору. Он хотел, чтобы я подписала отказ от претензий, пока сам готовился продать компанию крупному холдингу.

— Ты пришел сюда не из-за свадьбы, — сказала я.

— Я хотел договориться.

— Ты хотел заставить меня исчезнуть из этой истории.

Илья посмотрел на Катю.

— Если сделка сорвется, у тебя не будет ни дома, ни денег на лечение мамы.

Катя словно получила удар. Она медленно сняла с пальца обручальное кольцо и положила его на подоконник.

— Ты заложил мой дом ради своей сделки?

— Я собирался всё вернуть.

— А Алину собирался унизить, чтобы она подписала отказ?

Он молчал, и этого оказалось достаточно.

Сергей забрал бумаги.

— Утром пакет документов уйдет покупателю и в реестр разработчиков. Продажа остановится.

Телефон Ильи зазвонил. Он ответил, слушал несколько секунд, затем его лицо изменилось.

— Что значит, они уже знают? — спросил он.

Я услышала женский голос из динамика: «Нам передали копии. Сделка отменена. И еще: ваш новый покупатель — не тот, кого вы ожидали».

Илья медленно поднял глаза на меня.

В этот момент к телефону позвонили мне. Я ответила, и незнакомый голос произнес:

— Алина, я представляю фонд, который хочет приобрести не компанию Ильи, а ваши права. Но есть условие: вы должны приехать завтра утром одна. Иначе он расскажет, почему именно вы когда-то отдали ему исходные файлы…