Я бросилась остановить машину босса, но после одного детского крика его охранник внезапно побледнел

Моя трёхлетняя дочь бросилась под ноги самому опасному человеку в доме и закричала так, будто от этого зависела его жизнь.

— Стой! Не садись в машину!

Я выронила поднос с чашками прямо на мраморный пол. Фарфор разбился, кофе растёкся по белым прожилкам камня, но никто не посмотрел вниз. Все смотрели на Мию.

Она стояла у входной двери в своём жёлтом дождевике, хотя на улице уже закончился дождь. На молнии болтался маленький медный колокольчик. Он тихо звенел при каждом её вдохе.

Винсент Маркетти замер у порога. Чёрное пальто, кожаные перчатки, спокойное лицо человека, которому никогда не отказывают. Восемь месяцев я работала горничной в его загородном поместье и знала простое правило: здесь никто не перебивал Винсента. Даже те, кто его боялся.

А Мия поставила перед ним свои крошечные ботинки.

— Мия, отойди немедленно, — прошептала я.

Она даже не повернула головы.

Винсент медленно опустился перед ней на корточки.

— Почему я не должен садиться в машину?

Мия подняла руку и показала на чёрный внедорожник, который ждал у подъезда с работающим двигателем.

— Там человек.

Охранник Фрэнк нервно усмехнулся.

— Босс, ей три года. Она просто испугалась шума.

Винсент не взглянул на него.

— Какой человек, Мия?

— Тот, под машиной.

У меня внутри всё провалилось. Я вспомнила ночь три дня назад. В два часа шестнадцать минут я проснулась от грозы и увидела Мию у окна. Она стояла босиком, прижав ладони к стеклу, а медный колокольчик на её дождевике тихо позвякивал.

Я тогда решила, что дочь наблюдает за молниями.

— Что он делал? — спросил Винсент.

Мия опустилась на колени и поползла по мрамору, показывая руками днище автомобиля.

— У него был маленький огонёк. Вот такой.

Она сжала пальцы, будто держала фонарик.

Начальник охраны Доминик перестал дышать. На его запястье блеснули металлические часы.

— А потом? — спросил Винсент уже совсем тихо.

Мия коснулась пола, словно подсовывала что-то под невидимое колесо.

— Он прилепил чёрную коробочку. И сказал, что она должна проснуться, когда папа поедет.

Фрэнк побледнел.

Я схватила дочь на руки.

— Винсент…

Он поднялся так резко, что я отступила к стене.

Внедорожник всё ещё работал во дворе. До его отъезда оставалась минута. Ветер шевелил мокрые кипарисы, а медный колокольчик на молнии Мии звенел у моего уха, будто отсчитывал последние секунды.

— Доминик, — произнёс Винсент.

— Да, босс.

— Увести людей от машины. Сейчас.

Доминик рванул рацию с пояса.

— Всем отойти от северного подъезда! Никто не приближается к автомобилю!

Но Винсент продолжал смотреть на внедорожник.

Потом медленно повернулся к охранникам.

— Кто имел доступ к гаражу три ночи назад?

Никто не ответил.

Фрэнк опустил глаза. Доминик сжал челюсть.

Мия вдруг уткнулась мне в плечо и прошептала:

— Мам, это был не тот человек.

Винсент услышал.

— Что ты сказала?

Она подняла лицо и посмотрела уже не на машину, а на Фрэнка.

— У него был другой голос.

Фрэнк сделал шаг назад.

Доминик резко вытащил оружие, но Винсент остановил его жестом.

— Никто не стреляет, — сказал он. — Пока мы не узнаем, кто именно пытался меня убить.

В этот момент из внутреннего кармана моего фартука выпал старый телефон. Он ударился о пол и сам включился. На экране застыл снимок, который я сделала той ночью у окна Мии, когда пыталась понять, почему она не спит.

Винсент увидел экран.

— Елена, подними телефон.

Я наклонилась, но Доминик вдруг перехватил мой взгляд и едва заметно покачал головой.

Он тоже заметил что-то на фотографии.

Винсент протянул руку к телефону, а за воротами уже завыла первая сирена. Его пальцы коснулись папки с записями камер, которую Доминик держал под мышкой, и он начал открывать её прямо передо мной…

ЧАСТЬ 2

Доминик раскрыл папку, но не успел перевернуть первый лист: снаружи раздался резкий металлический щелчок.

Мия всхлипнула у меня на руках.

— Он снова включил коробочку.

Все замерли.

— Кто? — спросил Винсент.

— Человек в гараже.

Доминик прижал рацию к губам.

— Ник, ты меня слышишь? Отойди от северной стены. Немедленно.

Ответа не было.

Через несколько секунд во двор выбежал молодой охранник, побелевший от ужаса. Он споткнулся на мокрой плитке и рухнул на колени.

— Там никого нет, — выдохнул он. — Машина закрыта. Но под днищем что-то мигает.

Винсент взял папку у Доминика.

— Закрыть ворота. Никого не выпускать.

Фрэнк шагнул к нему.

— Босс, возможно, устройство уже обезврежено. Нужно проверить вручную.

— Тогда проверишь первым, — холодно ответил Винсент.

Фрэнк открыл рот, но не произнёс ни слова.

Я чувствовала, как сердце Мии бьётся о мою ключицу. На молнии её дождевика звенел маленький медный колокольчик. В тот момент этот звук казался громче сирены.

Доминик посмотрел на меня.

— Что было на фотографии?

— Я ещё не успела рассмотреть.

— Тогда рассмотри сейчас.

Я разблокировала телефон дрожащим пальцем. Снимок был тёмным: окно, мокрый двор, полосы дождя. В нижнем углу виднелась фигура у гаража. Лица не разобрать, но на рукаве блестела металлическая застёжка.

Фрэнк носил такую же на форме.

Он увидел фотографию и отступил.

— Это ничего не доказывает, — сказал он. — У половины охраны такие застёжки.

— Но только у одного человека на рукаве белая царапина в форме полумесяца, — ответила я.

Я сама не знала, откуда это заметила. Наверное, потому что каждый день собирала грязные полотенца охранников и видела их форму ближе, чем лица.

Доминик приблизил изображение.

— Фрэнк, покажи левый рукав.

— Ты с ума сошёл?

— Рукав.

Фрэнк не двинулся.

Винсент тихо сказал:

— Не заставляй меня повторять.

Фрэнк медленно поднял руку. На застёжке действительно была белая царапина, похожая на полумесяц.

Но в ту же секунду во дворе погас свет.

Мия закричала. Из гаража донёсся короткий электронный писк.

Доминик потянул меня за плечо.

— В подвал. Сейчас.

— А Винсент?

— Он сам знает, куда идти.

— Моя дочь не будет бежать одна!

— Елена, если устройство настоящее, нам нельзя оставаться у окон.

Я прижала Мию к себе и побежала следом. Подошвы скользили по мрамору, пальцы цеплялись за холодные перила. Винсент шёл последним, не спуская взгляда с Фрэнка.

В подвале пахло пылью и дизельным топливом. На стене дрожала маленькая красная лампа аварийного освещения.

— Где остальные? — спросил Винсент.

— Заперты в восточном крыле, — ответил Доминик. — Я отдал приказ до выяснения.

— А камеры?

Доминик открыл папку и достал несколько распечаток.

— Записи из гаража удалены между двумя часами тринадцатью минутами и двумя часами двадцатью одной минутой. Но система сохранила журнал доступа.

Он положил лист на стол.

Имя было затёрто чёрными чернилами.

Я наклонилась ближе.

Под пятном проступали цифры пропуска.

Мия вдруг потянулась к бумаге.

— Это не тот номер.

Доминик нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— У человека был другой номер. Он говорил: «Не смотри на меня, маленькая». А этот дядя никогда так не говорит.

Винсент посмотрел на меня.

— Она видела его лицо?

— Нет. Только силуэт из окна.

— А голос?

Мия кивнула.

— Голос был похож на папин, но папа умер.

В подвале стало тихо.

Я никогда не рассказывала ей о её отце. Она была слишком мала, чтобы помнить, как он погиб в аварии ещё до её рождения.

Доминик медленно перевернул следующий лист.

На нём была схема гаража и отметка, сделанная красным карандашом: «Второй вход. Доступ только для семьи Маркетти».

Винсент взглянул на запись, потом на Фрэнка, которого охрана привела в подвал.

— У моей семьи нет доступа к этому гаражу, — сказал он.

— Значит, кто-то лжёт, — ответил Доминик.

В этот момент телефон Винсента зазвонил. Он включил громкую связь.

Из динамика раздался искажённый голос:

— Если хочешь увидеть, кто приказал заложить устройство, приезжай один. Иначе следующей машиной будет не твоя…

ЧАСТЬ 3

— Иначе следующей машиной будет не твоя… — голос оборвался, оставив после себя треск и тишину.

Винсент медленно опустил телефон.

— Найдите источник сигнала, — приказал Доминик.

— Уже ищу, — ответил техник из-за двери. — Но звонок шёл через внутреннюю линию дома.

Фрэнк резко поднял голову.

— Это невозможно.

— Почему? — спросил Винсент.

— Потому что внутреннюю линию обслуживаю только я.

Доминик посмотрел на него.

— Вот теперь ты объяснишь всё.

Фрэнк сжал кулаки.

— Я не ставил устройство.

— Но кто-то использовал твой пропуск.

— Его украли.

Винсент положил перед ним фотографию с телефона.

— А царапину на застёжке тоже украли?

Фрэнк молчал.

В это время техник закричал из коридора:

— Я нашёл запись!

Он вбежал в подвал с переносным экраном. Изображение было зернистым, почти чёрным. На нём виднелся гараж в два часа семнадцать минут. Фигура в капюшоне ползла под внедорожником и прикрепляла к раме небольшую чёрную коробку.

Доминик приблизил изображение.

На руке человека блеснуло широкое кольцо с трещиной поперёк камня.

Фрэнк закрыл глаза.

— Это не я.

— У тебя такого кольца нет, — сказал Винсент.

Фрэнк молчал ещё несколько секунд, потом прошептал:

— У Карло.

Имя повисло в воздухе.

Карло Маркетти был двоюродным братом Винсента и человеком, который годами улыбался на семейных ужинах, а потом пытался отнять у него портовые склады. Винсент выгнал его из дела два года назад.

— Ты работал на него? — спросил Винсент.

Фрэнк вытер губы тыльной стороной ладони.

— Он заплатил за сведения. Я должен был только отключить камеру и оставить ворота открытыми.

— А устройство?

— Я не знал, что он принесёт бомбу.

Винсент ударил ладонью по столу.

Мия вздрогнула, а я крепче прижала её к себе.

— Ты видел его у машины, — сказал Винсент. — И позволил ему уйти.

— Он угрожал моей семье.

— У тебя нет семьи в этом городе.

Фрэнк посмотрел на Доминика.

— Он держит мою сестру в другом месте. Я получил фотографию. Если я заговорю, её убьют.

Техник увеличил изображение. На экране появилась вторая фигура у двери гаража. Лица по-прежнему не было видно, но кольцо блеснуло ещё раз.

Винсент наклонился к экрану.

— Карло не пришёл один.

Доминик включил звук записи. Сначала послышался дождь, затем голос человека в капюшоне:

— Времени мало. Когда он уедет, всё закончится.

Второй голос ответил:

— Он не уедет. Он всегда проверяет машину.

Я почувствовала ледяной холод в пальцах.

Я уже слышала этот голос.

Утром, когда устраивалась на работу, именно так со мной разговаривал управляющий дома, Артур Белл. Спокойно, вежливо, почти без интонации.

— Это Артур, — сказала я.

Винсент повернулся ко мне.

— Ты уверена?

— Я слышала его каждый день.

На записи голос произнёс ещё одну фразу:

— А если он выживет, уберите женщину с ребёнком. Она видела слишком много.

Я перестала чувствовать пол под ногами.

Мия уткнулась мне в шею.

Доминик достал оружие.

— Где Артур?

Техник взглянул на список камер.

— Он был в доме десять минут назад.

Винсент набрал номер управляющего. После первого гудка тот ответил.

— Господин Маркетти, я как раз собирался сообщить…

— Не двигайся, Артур, — сказал Винсент. — Мы уже знаем о гараже.

На другом конце повисла пауза.

Потом Артур тихо рассмеялся.

— Тогда вы знаете не всё.

Винсент побледнел.

— Что ты сделал?

— Я только что запер восточное крыло. Там находятся все ваши люди. И ещё одна вещь, которую вы давно считали мёртвой.

Связь оборвалась.

На телефоне Винсента сразу появилось новое сообщение. Он прочитал его, и лицо его стало серым.

— Что там? — спросил Доминик.

Винсент показал экран.

На фотографии была маленькая девочка у окна. Мия. Снятая той самой ночью.

А рядом с ней стоял мужчина, которого я никогда прежде не видела…