ЧАСТЬ 4
Мой отец умер шесть лет назад.
Я поняла это не сразу. Просто смотрела на мистера Рида и ждала, что он поправится, назовёт другую фамилию, объяснит какую-нибудь нелепую ошибку.
Но он держал в руках официальный лист.
— Моего отца нет в живых, — сказала я.
— Именно поэтому банк запросил дополнительные сведения, — ответил он. — В заявлении указано, что поручитель живёт в другом штате и временно недоступен. Но дата рождения совпадает с данными вашего отца.
Пейдж резко втянула воздух.
Хизер повернулась к Сету.
— Ты использовал документы её отца?
— Я ничего не использовал, — бросил он. — Это была предварительная заявка.
— С его именем, — сказала я.
— Я собирался всё закрыть до свадьбы.
— За счёт чего?
Сет молчал.
За дверью кто-то из гостей негромко спросил, всё ли в порядке. Органист перестал играть. Церковь, ещё минуту назад наполненная ожиданием, превратилась в тесную комнату, где каждый звук резал слух.
Мистер Рид положил на стол ещё одну папку.
— Я обязан сообщить: кредитор получил копии документов, которые мистер Миллер предоставил для подтверждения доходов. Там есть письмо от вашей клиники, — он посмотрел на меня, — о том, что вы якобы увольняетесь после свадьбы.
Доктор Беннет выпрямилась.
— Я такого письма не писала.
— Я знаю, — сказал мистер Рид. — Поэтому и приехал сюда лично.
Я посмотрела на Сета.
— Ты подделал письмо от моего работодателя?
— Я просто составил черновик.
— С печатью клиники?
— Мне нужно было показать банку план.
— План, в котором я теряю работу, становлюсь няней и отвечаю за твой долг.
— Наш долг! — крикнул он.
Слова ударились о стены и вернулись к нему гулким эхом.
Хизер заплакала.
— Ты сказал, что заложил дом из-за меня, чтобы помочь детям.
Сет обернулся.
— Я пытался спасти всех.
— Нет, — тихо сказала она. — Ты пытался спасти себя.
Я увидела, как она вынула телефон. На экране были фотографии писем из банка и сообщения Сета, в которых он уверял её, что я уже согласилась. Хизер отправила их себе, когда утром начала сомневаться.
— Я хотела показать их тебе после свадьбы, — сказала она. — Я думала, ты рассердишься, если я вмешаюсь.
— Ты спасла меня тем, что показала их сейчас.
Сет сделал шаг к ней.
— Хизер, не превращай это в предательство.
— Предательством было то, что ты заставил меня отменить детский сад, зная, что Натали ничего не обещала.
Он повернулся ко мне.
— Если ты сейчас уйдёшь, банк заберёт грузовик. Может быть, дом. Я потеряю всё.
Я посмотрела на его галстук. Выбирала его цвет три недели назад. Представляла, как он поправит его перед алтарём, а потом возьмёт меня за руку.
— Ты уже потерял то, что нельзя вернуть бумагами, — сказала я.
— Ты не понимаешь, почему я это сделал.
— Тогда объясни.
Он опустился на стул. Лицо его стало серым.
— Я задолжал не только банку. Полтора года назад я вложился в мастерскую вместе с приятелем. Он исчез, а все договоры остались на мне. Я закрывал один платёж другим. Потом заложил дом. Когда узнал о твоём повышении, понял, что это единственный способ удержаться.
— И решил жениться на человеке, которого можно назначить решением проблемы?
— Я думал, после свадьбы ты поймёшь.
— Нет. Ты думал, после свадьбы мне будет стыдно уйти.
Он опустил голову.
Доктор Беннет подошла ко мне.
— Если ты примешь должность, она остаётся за тобой. Я уже подготовила договор.
Я кивнула, но не смогла ответить. В груди было тесно, будто свадебный корсет стянули ещё сильнее.
Пейдж сняла с моего волоса шпильку, которая впилась в кожу.
— Ты хочешь, чтобы я вывела тебя через боковую дверь?
Я посмотрела на вход в церковь. За ним сидели наши гости. Мама ждала, что я появлюсь под музыку. Хизер стояла рядом с тремя детьми, которых привела с собой тётя. Мэдди держала рисунок с фиолетовыми цветами.
Я присела перед ней.
— Ты расстроилась, что свадьба задерживается?
Она покачала головой.
— Я просто не хочу снова в садик.
Хизер закрыла глаза.
Я встала и сказала ей:
— Я не буду няней. Но сегодня дети могут остаться со мной и Пейдж, пока ты разбираешься с документами и работой. Только сегодня.
— Натали…
— Это не обещание Сету. Это мой выбор.
Сет поднялся.
— А наша свадьба?
Я сняла с пальца кольцо. Камень зацепился за кружевную складку, и мне пришлось потянуть сильнее.
— Её не будет.
Он смотрел на кольцо в моей ладони.
— Ты правда уничтожишь всё из-за одной ошибки?
— Это не одна ошибка. Это десятки решений, которые ты принимал вместо меня.
Мистер Рид собрал документы. Доктор Беннет попросила меня приехать в клинику в понедельник к восьми. Хизер позвонила в детский сад и начала искать временную группу для детей. Пейдж поправила мой подол, который всё ещё был зажат в руке.
Я вышла в церковь не под свадебный марш, а под растерянный шёпот гостей.
Мама увидела моё лицо и сразу поняла, что случилось.
— Он сделал тебе больно? — спросила она.
Я кивнула.
Она не спросила, почему я не простила его. Просто обняла меня так крепко, что подвеска в форме зуба впилась мне в ключицу.
Позже, когда гости разошлись, Мэдди принесла свой рисунок и протянула его мне.
— Здесь мы все вместе, — сказала она. — Только Сета я не нарисовала.
Я посмотрела на фиолетовые цветы, на кривые буквы своего имени и улыбнулась сквозь слёзы.
— Знаешь, Мэдди, это самый честный рисунок за весь день.
Она взяла меня за руку, а на бумаге рядом с цветами остался маленький отпечаток её ладони.
И тогда я поняла: утром я должна была выйти замуж, а вместо этого получила работу, правду и рисунок, на котором впервые не было места для чужого решения.
Пропустили начало?
