ЧАСТЬ 4
Я не успела спросить, кого именно он имеет в виду.
В трубке раздался резкий шум, потом связь оборвалась.
— Где клиника? — спросила я.
— Военный медицинский центр на Харбор-авеню, — ответила Брукс.
Мейсон уже поднимал с пола свою сумку.
— Я еду с вами.
— Вы ранены.
— А Эван — мой человек.
Я посмотрела на задержанного. Он сидел у стены, зажатый между двумя сотрудниками службы, и не сводил глаз с латунного ключа в моей руке.
— Что открывает ключ? — спросила я.
Он улыбнулся.
— Хранилище старого ангара.
— Что там?
— Не то, что думает Рейес.
Брукс резко наклонилась к нему.
— Говори.
— Спросите у женщины, которую он оставил там.
От этих слов у меня похолодели пальцы.
Через девять минут мы мчались по прибрежной дороге. Мейсон сидел рядом, прижимая к костяшкам салфетку. Брукс вела машину, одной рукой удерживая руль, другой связываясь с клиникой.
Я смотрела на ключ.
На обратной стороне были две буквы: «Л. М.»
— Лена, — сказала я, — это не номер хранилища.
— Я знаю.
— Кто такая Л. М.?
Брукс не ответила сразу.
— Лора Морган.
У меня перехватило дыхание.
— Моя сестра умерла вместе с нами.
— Так было записано.
— Я видела её тело.
— Нет, Кейси. Ты видела тело другой женщины в твоей форме.
Мейсон повернулся ко мне.
— Твоя сестра была на той операции?
Я кивнула.
Лора была связисткой нашей группы. Она всегда носила на шее маленький медный свисток, хотя никогда им не пользовалась. В ночь эвакуации я помнила только огонь, удар и её голос в наушнике: «Не оборачивайся, Кейси». Потом — темноту.
Я думала, что она погибла.
В клинике нас встретила санитарка с лицом, на котором читался испуг.
— Палату Пайка закрыли по распоряжению старшего офицера, — сказала она.
— Какого офицера? — спросила Брукс.
— Командира Рейеса. Он был здесь пять минут назад.
Мейсон выругался.
Мы ворвались в палату. Кровать была пуста, но на подоконнике лежал мой старый тканевый браслет с медицинской звездой. Я сняла его ещё в ночь операции. Была уверена, что он сгорел.
Под ним находилась записка.
«Если хочешь увидеть Лору, приезжай одна в старый ангар. Ключ у тебя».
— Это ловушка, — сказал Мейсон.
— Конечно.
— Тогда мы не отпустим тебя туда.
Я сжала браслет.
— Он три года заставлял меня жить с мыслью, что я бросила сестру. Если Лора жива, я пойду.
Брукс посмотрела на меня.
— Не одна. Но сделаем вид, что одна.
В старом ангаре пахло ржавчиной, маслом и морской водой. Настенные часы остановились на 02:40 — времени, указанном в поддельном отчёте о нашей гибели.
Лампа над входом мигнула.
Рейес стоял у дальней стены. Его форма была безупречной, но лицо осунулось. Рядом лежал металлический ящик, закрытый на замок.
— Кейси, — сказал он. — Ты не должна была возвращаться.
— Ты объявил меня погибшей.
— Я спасал тебя.
— Ты украл моё имя.
Он опустил взгляд.
— Если бы я признал, что ты выжила, люди, которым я платил, убили бы тебя.
— А Лору ты тоже спасал?
Рейес вздрогнул.
Из-за ящика донёсся слабый стук.
Я шагнула вперёд.
— Лора!
— Не подходи, — приказал Рейес.
— Отойди от ящика.
— Она больна. Ей нужна помощь.
— Тогда почему ты держишь её взаперти?
Рейес достал ключ, но рука его дрогнула. Брукс незаметно подняла оружие за моей спиной.
— У тебя есть два выхода, — сказала она. — Открой ящик или объяснишь всё людям, которые уже знают о документах.
— Вы ничего не понимаете, — прошептал Рейес. — Я не продавал маршрут ради денег. Деньги были платой за то, чтобы вывести Лору. Она нашла счета и имена. Если бы я не инсценировал гибель Кейси, обеих бы убили.
— Тогда почему ты три года молчал? — спросила я.
Он посмотрел на меня.
— Потому что Лора отказалась свидетельствовать, пока не будет в безопасности. А потом я понял, что могу использовать архив, чтобы заставить тех людей платить мне за молчание.
Вот она, настоящая причина.
Он начал с попытки спасти нас, а закончил тем, что превратил наши жизни в заложников собственного страха.
— Ты продал нас, — сказала я.
— Я удерживал их от худшего.
— Нет. Ты удерживал власть над всеми.
Из ящика снова донёсся стук.
Рейес закрыл глаза и повернул ключ.
Крышка поднялась.
Лора лежала внутри не связанная, но слишком слабая, чтобы подняться. Её волосы поседели у висков, а на шее висел тот самый медный свисток.
Я опустилась рядом.
— Кейси?
— Я здесь.
— Ты долго.
Я засмеялась и заплакала одновременно.
— Я думала, ты умерла.
— Я тоже так думала о тебе.
Рейес отвернулся.
В этот момент в ангар вошёл Эван. Он держался за грудь, рядом с ним были два медика. Повязка под рубашкой уже темнела, но он шёл сам.
— Не верьте ему, — сказал Эван. — Сестру действительно удерживали люди Рейеса, но он не собирался освобождать её. Он хотел вывезти архив и исчезнуть.
Рейес резко повернулся.
— Ты предал меня.
— Нет. Я перестал продавать страх.
Эван достал из кармана сложенный лист.
— Я передал настоящий маршрут Брукс ещё до нападения. В кафе я был ранен, потому что Рейес приказал убрать меня после передачи. Я знал, что если останусь рядом с ним, Лора никогда не выйдет.
Брукс забрала документ. На нём были счета, имена посредников и перевод на личный счёт Рейеса. Но рядом стояла ещё одна подпись — генерала, который три года назад утвердил ложный отчёт.
Рейес сел на ящик.
— Вы не понимаете, что будет, если опубликуете это.
— Понимаем, — ответила Брукс. — Придётся отвечать многим. Не только тебе.
Рейес посмотрел на меня.
— Я могу дать тебе всё. Деньги. Новое имя. Лечение для Лоры.
Я осторожно взяла сестру за руку.
— Лора не нуждается в новом имени. Ей нужно вернуть своё.
Брукс вызвала медицинскую эвакуацию и передала документы тем, кто мог обеспечить безопасность свидетелей. Рейеса увели не в наручниках, а под охраной его же бывших подчинённых. Он всё ещё пытался говорить о спасении, но никто больше не принимал это слово за оправдание.
Мейсон остался у машины, пока Лору не погрузили внутрь.
— Ты вернёшься в службу? — спросил он.
Я посмотрела на больничный браслет на запястье сестры.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я слишком долго была Кувалдой. Теперь я хочу быть той, кто держит руку пациента и знает, кого именно спасает.
Эван подошёл к носилкам.
— Я должен был сказать правду раньше.
— Должен был.
— Но я всё-таки сказал.
— Да.
Он кивнул, принимая не прощение, а возможность его заслужить.
Лора сжала мои пальцы.
— Кейси, свисток всё ещё у меня.
— Знаю.
— Я ни разу не подула в него.
— Почему?
Она посмотрела на Рейеса, которого вели мимо раскрытого ящика.
— Потому что хотела, чтобы однажды ты сама меня услышала.
Я наклонилась к её ладони, и маленький медный свисток тихо звякнул о металлическую пряжку носилок.
В ангаре, где нас когда-то объявили мёртвыми, этот звук оказался громче любого приказа.
