ЧАСТЬ 4
— Иначе Дерек узнает, где находится Томас, — закончил незнакомец.
Я включила громкую связь.
— Кто вы?
— Человек, которому надоело работать на Коллинза.
— Откуда мне знать, что Томасу не угрожают?
— Никак. Но у вас есть двадцать минут.
Связь оборвалась.
Джулиан забрал у меня телефон.
— Вы не поедете одна.
— Он назвал Томаса.
— Именно поэтому это ловушка.
Томас сжал простыню.
— Езжайте. Если книга ещё там, это единственный шанс.
Медсестра резко подняла голову.
— Я знаю этот голос.
Мы повернулись к ней.
— Это Виктор Лейн, начальник охраны складов Нортлайн. Он был здесь час назад и спрашивал про пациента.
Джулиан набрал номер.
— Виктор, ты слышишь меня?
В трубке ответили после долгой паузы.
— Я больше не хочу, чтобы из-за меня кто-то горел.
— Ты взял книгу?
— Взял. Но Дерек понял. Он едет сюда.
— Почему ты помогаешь нам?
— Потому что шесть лет назад я запер дверь склада по его приказу. Внутри был Томас. Я думал, он уже вышел.
Томас закрыл глаза.
— Я вышел через вентиляцию. Виктор спас мне жизнь.
— Где книга? — спросила я.
— В старом цехе. Под станком номер семь. Если Дерек доберётся раньше, он сожжёт не бумагу. Он сожжёт последнего свидетеля.
Через двенадцать минут мы остановились у ограждения. Старый склад стоял среди пустых железнодорожных путей, окружённый мигалками аварийной службы. Пожар уже потушили, но из выбитых окон тянулся горький запах мокрого пепла.
Виктор ждал у боковой стены. У него была перевязана ладонь.
— Вы Клэр?
— Да.
Он протянул мне ключ от служебной двери.
— Я не умею красиво извиняться.
— Тогда не извиняйтесь. Покажите, где станок.
Внутри под ногами хрустело стекло. Джулиан шёл впереди, Виктор прикрывал дверь, а я считала ряды колонн. Я сама проектировала этот склад. Девятый ряд. Седьмой станок. За ним — ниша для аварийного питания.
— Здесь, — сказала я.
Виктор отодвинул обгоревший лист металла. В нише лежал деревянный ящик, обвязанный медной проволокой.
Я коснулась проволоки.
— Её делал Томас. Он всегда запечатывал документы так, чтобы вскрытие оставляло след.
— Открывайте, — сказал Джулиан.
Внутри оказались регистрационная книга, несколько расчётных листов и конверт с моим девичьим именем.
Я узнала почерк сразу.
«Клэр, если ты это читаешь, значит, Дерек решил, что ты больше не нужна. Не верь ему. Он использовал твою подпись, но не сможет использовать твоё понимание».
Я дочитала, и у меня задрожали колени.
— Это написал мой отец, — сказала я.
Джулиан посмотрел на меня.
— Ты никогда не говорила, что он работал с Дереком.
— Он умер до запуска Нортлайн. Я думала, он ничего не знал.
В письме отец объяснял: Дерек пришёл к нему ещё до нашей свадьбы и признался, что не способен построить систему самостоятельно. Он просил помочь убедить меня отдать чертежи. Отец согласился только потому, что Дерек обещал официально оформить моё авторство.
Но Дерек подменил страницы.
Внизу лежала копия настоящего соглашения — с подписью моего отца как свидетеля и подписью Томаса как инженера.
Виктор тихо произнёс:
— Значит, всё это время вы были настоящим создателем.
— Не совсем, — ответила я. — Создателем была я. Но виновата не только его ложь. Я позволила ему убедить себя, что моя работа принадлежит семье.
Снаружи хлопнула дверца автомобиля.
Дерек вошёл в цех один. На нём был тот же дорогой костюм, только теперь рукав испачкало золой.
— Отдайте книгу, — сказал он.
Джулиан шагнул вперёд.
— Ты продашь компанию без согласия автора технологии?
— У неё нет прав.
Я подняла соглашение.
— У меня есть подпись твоего партнёра.
Дерек посмотрел на Виктора.
— Ты предал меня?
— Нет, — сказал тот. — Я просто перестал закрывать двери по твоему приказу.
Дерек повернулся ко мне.
— Ты не понимаешь, что делаешь. Без меня всё рухнет.
— Без меня рухнуло бы ещё десять лет назад.
Он шагнул ближе.
— Я сделал тебя богатой.
— Ты сделал богатым себя. А потом решил, что можно выбросить и меня, и рояль моей матери, и моё имя.
В его лице мелькнуло что-то похожее на испуг.
— Я могу всё исправить.
— Нет. Ты можешь только подписать.
Я достала из ящика чистый лист.
— Передача контроля над Нортлайн в независимый фонд разработчиков. Компания продолжает работать, сотрудники сохраняют места. Ты получаешь личную долю, но теряешь право единолично продавать технологию.
Дерек усмехнулся.
— Ты думаешь, совет согласится?
— Они уже согласились.
Джулиан показал телефон. Во время нашего разговора он передал совету копии документов. Трое директоров подписали решение. Четвёртым был Лоуренс Пайк.
Я представила его опущенные глаза в переговорной.
— Лоуренс предал меня, — сказала я.
— Лоуренс понял, что защищал не соглашение, а подделку, — ответил Джулиан.
Дерек рванулся к ящику, но Виктор перегородил путь.
— Не трогайте документы.
— Ты никто!
— Именно поэтому я так долго молчал, — спокойно сказал Виктор. — Никто не замечает сторожа.
Дерек остановился. Потом сел на обгоревший ящик, будто ноги перестали его держать.
— Мэдисон будет со мной? — спросил он вдруг.
Я не ожидала этого вопроса.
— Ты сам спроси её.
Телефон Дерека завибрировал. Он прочёл сообщение. Лицо изменилось.
— Она забрала вещи, — прошептал он.
— Она узнала, что квартира записана на компанию, а не на тебя, — сказал Джулиан. — И что твой личный счёт пуст после блокировки сделки.
Дерек поднял глаза.
— Ты всё забрал.
— Нет, — ответил Джулиан. — Я вернул то, что ты пытался продать.
В больницу мы вернулись перед рассветом. Томас попросил увидеть соглашение. Я положила его руки на страницу.
— Ты должна была получить это десять лет назад, — сказал он.
— Я получила сегодня.
— Что ты сделаешь с Нортлайн?
Я посмотрела на Джулиана.
— Оставлю компанию людям, которые действительно её строили. Но сама вернусь не в кабинет Дерека.
— А куда? — спросил Джулиан.
Я достала из папки старый план, нарисованный на упаковке от холодильника. Маленький треугольник всё ещё стоял в углу.
— Создам отдел, где инженеры будут подписывать свои идеи собственными именами. И никто не сможет назвать их вклад семейной обязанностью.
Томас улыбнулся.
— Твоя мать гордилась бы тобой.
Я провела пальцами по краю листа.
— Она бы сначала спросила, почему я так долго терпела.
Джулиан тихо рассмеялся.
— А рояль?
Я достала телефон и набрала номер антикварного магазина, который помогал искать вещи после пожара.
— Его нашли утром. Мэдисон не успела отправить его на склад утилизации. Он стоит в мастерской на Девятой улице.
Я замолчала, услышав в трубке первые звуки настройки.
Мастер нажал одну клавишу. Нота вышла хриплой, но живой.
Томас закрыл глаза.
А я сказала в телефон:
— Не меняйте звук. Сначала я хочу услышать, что у него осталось.
Пропустили начало?
