ЧАСТЬ 4
…но и человека, который помогал ему прятать их.
— Брайан, — сказал Виктор, опираясь на трость. — Посмотри на меня.
Брайан не посмотрел.
В комнате пахло остывшим кофе. На столе лежала красная бухгалтерская тетрадь, а рядом — мой новый договор, ещё не подписанный.
— Я не создавал эту компанию, — произнёс Виктор. — Я даже не знал, что она существует.
Клара достала из папки ещё один лист.
— Компания зарегистрирована три года назад. Единственный адрес — кабинет Брайана. Но в документах указано, что её учредитель — Чарльз Миллер.
Чарльз медленно поднял голову.
— Моё имя использовали?
— Не только имя, — ответила Клара. — И его печать. Она хранилась в сейфе ресторана.
Беатрис шагнула назад. Её каблук зацепился за ножку стула.
— Брайан, ты сказал, что это обычная фирма для закупок.
— Мама, замолчи.
— Ты сказал, что всё под контролем!
Он резко ударил ладонью по столу. Стакан с водой опрокинулся, и прозрачная лужа поползла к моим документам.
Я успела накрыть бумаги папкой.
Виктор сжал трость.
— Ты заложил ресторан, используя мою подпись?
— Я спасал бизнес!
— Ты спасал себя, — сказала я.
Брайан повернулся ко мне.
— Если ты подпишешь соглашение с инвесторами, ресторан перейдёт им. Ты уничтожишь всё, что мы строили.
— Мы ничего не строили вместе. Я строила. Ты рассказывал об этом гостям.
— А сотрудники? Кухня? Люди, которые на тебя надеются?
Этот вопрос ударил сильнее, чем его прежние насмешки. Я знала поваров, знала официантов, знала, кто оплачивает лечение матери и кто каждый месяц отправляет деньги младшему брату. Я не собиралась наказывать их за чужую жадность.
Я повернулась к инвестору.
— Проект будет продолжен. Но ресторан не достанется Брайану. Мы выкупим оборудование и сохраним рабочие места. Он получит только то, что сможет доказать документами.
— А мои рецепты? — спросил Брайан.
— Они мои.
— Ты не можешь забрать у меня всё.
— Я ничего у тебя не забираю. Я прекращаю отдавать своё.
Клара положила передо мной последний лист.
— Здесь расписка. Брайан получил от ресторана деньги на погашение личного долга. Но внизу есть подпись Беатрис как свидетеля.
Беатрис вздрогнула.
— Я думала, это был аванс на продукты.
— Ты даже не прочитала?
Она посмотрела на меня. В её лице впервые не было привычной уверенности.
— Я знала, что он берёт деньги, — прошептала она. — Но не знала, что он использует твоё имя.
Я не стала кричать. От этого признания ничего не возвращалось.
Чарльз сел на стул. Его праздничный пиджак смялся под ладонью.
— Сегодня я должен был получить торт, который она приготовит для меня, — сказал он. — А получил доказательство, что мой сын годами крал у неё жизнь.
Брайан повернулся к нему.
— Папа, ты выберешь её?
Чарльз ответил не сразу.
— Я выбираю тех, кого ты обманул.
Эти слова сломали в Брайане что-то заметное. Не раскаяние. Страх. Он понял, что лишился не только ресторана, но и последнего человека, который мог прикрыть его.
К полудню инвесторы подписали соглашение о покупке оборудования. Работникам обещали сохранить должности и зарплаты. Клара согласилась возглавить финансовую проверку, но поставила условие: все счета будут открыты для сотрудников.
Я подписала договор гастрономического директора.
Моя рука не дрожала.
Беатрис подошла ко мне у лифта. В руках она держала список праздничных блюд, который утром прислала мне сообщением.
— Я не прошу вернуться, — сказала она. — И не прошу простить меня сегодня.
— Хорошо.
— Но скажи, что нам делать с ужином.
Я посмотрела на список. Внизу, рядом с ореховым тортом, Беатрис приписала: «Саманта обязательно приготовит».
Я взяла ручку и зачеркнула эту строку.
— Позвоните поварам. Они справятся.
— А Чарльз?
— Он может прийти к сотрудникам. Там сегодня будут люди, которые действительно работали ради этого места.
Вечером Чарльз пришёл в кухню ресторана без гостей и дорогой посуды. Повара поставили на общий стол простой торт, который приготовила молодая кондитерша Мелисса по моему старому рецепту, впервые напечатав рядом моё имя.
Чарльз отрезал кусок и долго смотрел на карточку.
— Можно я сохраню её?
— Зачем?
— Чтобы помнить, кому должен был сказать спасибо десять лет назад.
Я достала из сумки свой блокнот с рецептами. На первой странице ещё оставалось выцветшее пятно от муки — след моего первого семинара, задолго до свадьбы.
— Тогда сохраните и это, — сказала я. — Но отдайте Мелиссе. Ей он нужнее.
Чарльз передал блокнот девушке. Она прижала его к груди и расплакалась.
Брайан стоял в дверях. Он пришёл один, без матери и без уверенности, с которой утром требовал от меня праздничный ужин.
— Саманта, — сказал он, — я могу всё исправить.
Я посмотрела на него и на людей за столом.
— Начни с того, что подпишешь заявление о передаче всех счетов и вернёшь деньги сотрудникам.
— А потом?
— Потом это будет уже не моя история.
Он взял ручку. Несколько минут в кухне слышно было только, как царапает бумагу.
Когда он закончил, Чарльз забрал подписанные листы и положил их рядом с праздничным тортом.
Мелисса разрезала его на ровные куски. Первый достался Кларе, второй — моему отцу, третий — женщине, которая десять лет стояла у плиты вместо меня.
Я не взяла кусок сразу.
Сначала посмотрела на карточку с рецептом. Там было написано: «Ореховый торт Чарльза. Автор — Саманта Миллер».
Мелисса протянула мне тарелку.
— Шеф, как вам?
Я попробовала торт и улыбнулась.
— Слишком много корицы.
Девушка испуганно замерла.
— Но так написано в рецепте.
— Значит, рецепт тоже можно изменить.
Я взяла карандаш и прямо под своим именем добавила одну строку: «Для тех, кто сидит за одним столом».
Чарльз прочитал её и тихо сказал:
— Вот теперь это действительно праздничный торт.
А на двери кухни Мелисса уже прикрепила новую табличку: «Меню Саманты Миллер» — и никто не посмел снять её.
Пропустили начало?
