Я лишь произнесла кличку погибшего бойца, и огромный пёс бросился ко мне, а его хозяин побледнел

В тот момент, когда семидесятикилограммовый малинуа бросился через зал прямо на меня, его хозяин заорал так, будто я только что нажала на спуск.

— Отойти от него! Немедленно! — рявкнул он, вцепившись в тактический поводок.

Пёс не остановился. Он проскользнул между креслами, опрокинул стойку с журналами и врезался мордой мне в грудь. Его тело дрожало так сильно, что я почувствовала вибрацию сквозь выцветшие серые медицинские брюки. Когти царапнули пол, а тяжёлая голова уткнулась под моё плечо.

Я застыла, положив ладонь ему на шею.

От шерсти пахло дождём, металлом и чем-то до боли знакомым — горьким маслом, которым семь лет назад смазывали карабины моего любимого человека.

— Атлас! Назад! — мужчина дёрнул поводок. — Я сказал, назад!

Малинуа даже не повернул головы.

В приёмной Норфолка повисло такое молчание, что я услышала, как в принтере Пола зажевала очередной лист. За окнами шуршал дождь. Старый ветеран у батареи прижал к себе седого лабрадора, а я пыталась дышать ровно.

— Как вы его назвали? — спросила я.

— Атлас. Боевой пёс. Не приближайтесь, доктор.

— Он уже приблизился.

Мужчина оказался огромным, с коротко остриженными волосами и рваным шрамом под левым глазом. На его куртке не было знаков, но стойка выдавала боевого пловца: плечи собраны, взгляд режет помещение, правая рука всегда ближе к оружейному ремню, даже если оружия нет.

— Лейтенант Грант Хейл, — представился он. — Атлас вывел из строя троих вооружённых людей. Один из них не выжил. Поэтому я советую не проверять, насколько он спокоен.

Пёс тихо заскулил и сильнее прижался ко мне.

— Он не агрессивен, — сказала я.

— Вы ошибаетесь.

— Я каждый день работаю с животными, которые напуганы болью.

— Этот не напуган.

Я посмотрела вниз. У Атласа был тонкий белый шрам у основания уха, а на правой передней лапе — выбритый участок шерсти и свежая повязка. Под ней проступала кровь.

— Он ранен. Если вы хотите, чтобы он не сорвался, отпустите поводок.

Хейл усмехнулся.

— Вы отдаёте мне приказы?

— Я объясняю, почему ваш пёс сейчас дрожит.

В этот миг Атлас поднял голову. Его янтарные глаза встретились с моими, и внутри меня что-то оборвалось. Когда-то я видела такой взгляд в чёрном подземном коридоре, где мужчина по имени Итан Мерсер держал ладонь на моей рации и шептал: «Рябина».

Это было наше секретное слово. Единственное, которое знали только мы двое и его собака.

Итан погиб семь лет назад. Я сама стояла у его могилы под проливным дождём.

— Атлас, — прошептала я, сама не понимая зачем. — Рябина.

Пёс заскулил, лизнул мне подбородок и лёг у ног, будто ждал этого слова все семь лет.

Лицо Хейла изменилось.

— Откуда вы его знаете? — спросил он.

Я не успела ответить. Из кабинета вышла Пола с папкой пациента и остановилась, увидев собаку.

— Доктор, здесь нет его данных. Вообще никаких. Ни чипа, ни прежнего владельца.

Хейл резко выпрямился.

— Папку мне.

— Нет, — сказала я.

Он сделал шаг ко мне.

— Вы не понимаете, во что вмешались.

— Тогда объясните.

Грант посмотрел на Атласа, потом на меня. Впервые за всё утро он выглядел не злым, а испуганным.

— Я привёз его не лечить, — произнёс он. — Я привёз убедиться, что вы действительно доктор Коул.

Снаружи хлопнула дверца автомобиля. В зал вошла женщина в мокром плаще, прижимая к груди тонкую чёрную папку. Она посмотрела на меня и сказала:

— Если это та самая Рук, нам нужно поговорить до того, как вас найдут…

ЧАСТЬ 2

Женщина заперла за собой дверь и положила чёрную папку на стойку. На её мокром рукаве блестела серебряная застёжка в форме якоря.
— Кто вы? — спросила я.
— Сара Вейл. Бывший фельдшер группы «Север». И я знала Итана.
Грант схватил её за локоть.
— Вы не должны были приходить.
— А ты не должен был привозить Атласа сюда, — ответила Сара. — Но мы оба устали от чужих приказов.
Я почувствовала, как под ладонью напряглась шея пса. Его ухо дёрнулось в сторону коридора.
— В кабинет, — сказала я. — Сейчас.
В десять сорок семь мы заперлись в маленькой комнате для рентгена. За стеной Пола отводила посетителей подальше от двери. Лампа над столом мигала, и каждый раз, когда свет гас, лицо Гранта становилось похожим на маску.
— Семь лет назад Итан Мерсер погиб во время операции на побережье, — сказала я. — Мне выдали его жетон и сказали, что тело не сохранилось.
— Тела не было, — ответила Сара.
— Тогда почему я хоронила его?
— Потому что вам дали то, что хотели выдать за доказательство.
Грант резко повернулся к ней.
— Осторожнее.
— Нет, Грант. Хватит осторожности.
Сара открыла папку. Внутри лежала старая карточка обслуживания собаки, заляпанная бурым пятном. На фотографии Атлас был моложе, с той же белой отметиной у уха. В графе проводника стояло имя: Итан Мерсер.
Я коснулась снимка и убрала руку, будто бумага обожгла меня.
— Откуда это?
— Из закрытого хранилища на базе Литтл-Крик. Атлас числился погибшим вместе с Итаном. Но семь месяцев назад его нашли в частном питомнике под Ричмондом.
— Кто его забрал?
Сара посмотрела на Хейла.
— Не он. Грант получил приказ перевезти собаку и выяснить, реагирует ли она на людей из старой группы.
— А если реагирует? — спросила я.
Хейл сжал челюсть.
— Тогда всех, кто знает старое слово, уберут из списка живых.
В коридоре что-то глухо упало. Атлас зарычал, заслонив меня собой.
— Кто пришёл? — прошептала я.
Грант достал телефон, взглянул на экран и побледнел.
— Человек, который должен был умереть вместе с Итаном.
Дверь дёрнулась. Раздался спокойный мужской голос:
— Доктор Коул, отойдите от собаки. Я знаю, где вы были семь лет назад.
Сара прижала палец к губам. Грант вынул из кобуры пистолет.
— Не стреляй, — сказала я.
— Если это тот, о ком я думаю, он не пришёл разговаривать.
Атлас вдруг перестал рычать и уставился на дверь. Потом тихо заскулил, словно узнал шаги.
Ручка медленно повернулась. За дверью мужчина произнёс слово, которое я слышала только из уст Итана…

ЧАСТЬ 3

— Рябина.
Дверь открылась, и в кабинет вошёл не Итан, а седой мужчина в форме без знаков различия. На его запястье висели ключи с медной биркой, стёртой до белого металла.
Атлас рванулся к нему, но Грант удержал поводок.
— Полковник Восс, — выдохнула Сара.
Я узнала его. Семь лет назад именно он стоял возле вертолёта и сказал мне, что Итан погиб мгновенно.
— Вы старше, — сказала я.
— А вы всё ещё узнаёте людей по голосу.
— Где Итан?
Восс посмотрел на карточку в моей руке.
— Вы так и не поняли, почему он не вернулся.
— Я спросила, где он.
Грант шагнул между нами.
— Полковник, хватит. Мы нашли доказательство, что отчёт был подделан.
Восс усмехнулся.
— Подделан не отчёт. Вся операция.
Сара вынула из папки тонкий лист с печатью базы.
— Перевод Атласа подписан через три дня после смерти Итана. Подпись поставили вы.
— Собака была нужна для проверки утечки.
— Итан был нужен вам живым, — сказала я.
Восс долго смотрел на меня, затем достал из внутреннего кармана сложенный бланк.
— Мерсер выжил после взрыва. Он успел передать координаты тайника с именами людей, которые продавали маршруты. Воссемьдесят процентов группы хотели его убить. Я спрятал его, объявив погибшим.
— Вы спрятали его от меня.
— Если бы вы знали, вас бы использовали, чтобы добраться до него.
— Где он?
Грант опустил глаза.
— Восс держал его в лечебном центре за границей. После ранения Итан потерял память на несколько лет.
Я оттолкнула стул.
— Сейчас он жив?
Полковник не ответил. Вместо него заговорила Сара:
— Сегодня утром центр сообщил, что Итан вспомнил слово «Рябина» и сбежал.
У меня задрожали пальцы.
— Сбежал куда?
Телефон Гранта зазвонил. Он включил громкую связь.
— Хейл? — сказал незнакомый женский голос. — Пациент Мерсер забрал служебную машину. Он едет в Норфолк. Но за ним уже отправили людей Восса.
Восс побледнел.
— Они не должны его найти.
— Вы сами послали их, — сказала Сара.
— Я послал их остановить тех, кто хочет его убить.
— А если вы лжёте? — спросила я.
Восс посмотрел на Атласа. Пёс вдруг залаял и бросился к окну, где на мокром стекле появилась тень человека.
Грант распахнул жалюзи. На парковке стоял тёмный автомобиль, а рядом мужчина поднял руку с пистолетом.
Восс прошептал:
— Они нашли нас…