Моя дочь сделала предложение самому опасному человеку в городе — и когда он поднял глаза, его охранник побледнел

Я увидела на верхнем балконе человека, которого семь лет назад хоронили в закрытом гробу, и поняла: нас с Софи впустили в это поместье не случайно.

Его лицо было освещено только полосой утреннего света. Чёрные волосы, тонкий шрам у виска, левая рука, сжатая на перилах. Я узнала его не по чертам, а по привычке чуть наклонять голову, когда он собирался солгать.

Лука Витале.

Младший брат погибшей жены Алессандро.

Мой поднос выскользнул бы из рук, если бы Марко не поймал его у самого пола.

— Клара, что случилось? — прошептал он.

Я не ответила. Софи тянула меня за пальцы и смотрела на балкон, где Алессандро медленно повернулся к незнакомцу.

— У тебя гости, — сказал Лука.

Его голос был спокойным. Слишком спокойным для мертвеца.

Алессандро не двинулся.

— Я видел, как тебя закапывали, — произнёс он.

— Закапывали другого.

На лестнице сразу появились два охранника. Марко оттолкнул меня за колонну, а Софи прижал к себе, хотя она возмущённо заёрзала.

— Отпустите маму! — крикнула она. — Мы должны идти к господину с тоскливыми глазами!

У меня внутри всё сжалось. Ещё час назад её детская шутка казалась нелепым чудом. Теперь она стала причиной, по которой нас могли не выпустить живыми.

Алессандро поднял ладонь, и охрана остановилась.

— Что тебе нужно? — спросил он.

Лука усмехнулся.

— То же, что и семь лет назад. Вернуть то, что ты украл.

— Я ничего у тебя не крал.

— Ты забрал имя моей сестры, её деньги и ребёнка.

В столовой повисло тяжёлое молчание. Я почувствовала, как Софи уткнулась лицом в мою юбку. На ткани остался маленький след от её шоколадных пальцев — нелепая, домашняя деталь среди оружия и угроз.

— Ребёнок погиб вместе с Изабеллой, — сказал Алессандро.

Лука посмотрел прямо на меня.

— Не погиб.

Я перестала слышать даже дыхание охранников.

— Не смей, — тихо произнёс Алессандро.

— Тогда спроси Клару, почему она так быстро согласилась работать именно здесь.

Алессандро перевёл взгляд на меня. В его серых глазах больше не было ни растерянности, ни усталости. Только подозрение.

Я хотела сказать, что впервые увидела это поместье три дня назад, что мне нужна была работа и деньги на лечение Софи, что я не знала ни о какой Изабелле. Но слова застряли в горле.

Лука достал из кармана сложенный лист и бросил его на стол.

— Утром в девять часов ты откроешь сейф, Алессандро. Иначе все узнают, где находится девочка.

Софи подняла голову.

— Какая девочка?

Алессандро резко посмотрел на неё. Потом на меня.

— Марко, отведи их наверх.

— Я никуда не пойду! — закричала Софи.

Я крепче обняла её.

— Мы останемся вместе.

Алессандро подошёл так близко, что я почувствовала запах горького кофе и табака на его рубашке.

— Клара, — сказал он почти беззвучно, — если ты хоть что-то знаешь, сейчас самое время сказать.

— Я не знаю, кто такой Лука и о какой девочке он говорит.

В этот момент снаружи раздался звонок. Один короткий. Затем второй.

Алессандро повернул голову к окну. Марко побледнел, увидев на воротах чёрный автомобиль без номеров.

Лука улыбнулся и отступил к лестнице.

— Пора показать тебе доказательство, брат.

Он протянул руку к папке, лежавшей на краю стола, и подцепил ногтем металлическую застёжку…

ЧАСТЬ 2

Папка раскрылась с сухим щелчком. Лука достал фотографию и положил её перед Алессандро.
— Узнаёшь одеяло? — спросил он.

На снимке была маленькая девочка в больничной кроватке. Её лицо скрывала тень, но на левом запястье виднелась тонкая красная полоска.

Я посмотрела на Софи.

У неё была такая же отметина. Я всегда считала её родимым пятном.

Алессандро выхватил фотографию.
— Где ты это взял?
— У женщины, которая принимала роды у Изабеллы.
— Доктор Рицци мертва.
— Нет. Она прячется.

Софи вдруг потянула меня за платье.
— Мамочка, почему тот дядя знает моё имя?

Я обернулась к Луке.
— Что вы сказали?
— Я ничего не говорил.

Но он уже улыбался. Не мне. Алессандро.

Марко вывел нас в коридор, однако дверь столовой закрылась не до конца. Я слышала приглушённые голоса.
— Ты привёл её сюда специально, — сказал Алессандро.
— Я нашёл её в приюте, когда искал следы ребёнка. Она сама рассказала, что Клара забрала девочку младенцем.
— Клара работала у Изабеллы?
— Спроси её.

Я прижала ладонь ко рту. В памяти всплыл запах горячего молока, белая комната и женщина с золотой заколкой. Семь лет назад я действительно была санитаркой в частной клинике. Но в ту ночь меня вызвали не к родам. Мне поручили отнести свёрток к машине, а потом приказали забыть увиденное.

Я ушла, потому что испугалась.

Через неделю на пороге моего дома оставили младенца. Без записки. Только с медной подвеской в форме полумесяца. Я назвала её Софи и никому не сказала, откуда она взялась.

Теперь подвеска лежала в кармане моего пальто.

Алессандро вышел в коридор.
— Покажи мне руки Софи.
— Зачем?
— Потому что если Лука прав, каждую минуту промедления она подвергается опасности.

Я сжала дочь крепче.
— А если он лжёт?
— Тогда я сам остановлю его.

— Вы хотите сказать, что Софи может быть вашей дочерью?

Его лицо дрогнуло.
— Я хочу сказать, что семь лет назад мне сообщили о смерти жены и ребёнка. Но мне не дали увидеть ни тело Изабеллы, ни тело девочки.

В столовую ворвался охранник.
— Господин Романо, машина у ворот исчезла.
— А Лука?

Охранник замер.

На столе осталась только фотография и маленький клочок бумаги. Я подняла его прежде, чем Алессандро успел остановить меня.

«Если хотите узнать, кто убил Изабеллу, ищите женщину с медным полумесяцем».

Снизу послышался крик. Софи вырвалась из моих рук и побежала к лестнице.

— Мама! Там кто-то зовёт меня!

Я бросилась следом. Из тёмного коридора донёсся детский голос, тихий и испуганный:

— София, я знаю, где твоя настоящая мама…

ЧАСТЬ 3

Мы нашли Софи у двери старой часовни. На каменном полу лежал медный полумесяц, сорванный с её шеи, а за дверью кто-то тяжело дышал.

Алессандро оттолкнул меня за спину и вошёл первым.

Внутри сидела пожилая женщина в зелёном медицинском халате. Её пальцы дрожали, но взгляд оставался ясным.

— Доктор Рицци, — прошептал Алессандро.

— Я пришла слишком поздно, — сказала она. — Но всё ещё могу назвать имена.

Лицо Алессандро стало серым.

— Где Изабелла?
— Мертва. Лука убил её не в аварии. Он подмешал снотворное, а потом устроил пожар в клинике, чтобы забрать девочку.

— Ты сказала, что ребёнок погиб.
— Мне угрожали твоим именем. Я подписала свидетельство, не видя тела.

Я почувствовала, как подкашиваются колени.

— А Софи? — спросила я.

Доктор посмотрела на мою дочь.
— Её звали София Романо. Я передала её Кларе, потому что Лука искал младенца по всей больнице. Клара спасла девочку, но не знала, кто её отец.

Алессандро повернулся ко мне.
— Ты знала хотя бы что-нибудь?

— Только то, что её оставили у моей двери. Я боялась, что люди, отдавшие её, вернутся.

Софи держала меня за руку.
— Мама, я останусь с тобой?

Я опустилась перед ней на колени.
— Всегда.

Доктор достала из рукава тонкий пакет.
— Вот настоящая запись о рождении. Лука хотел получить доступ к счетам Изабеллы. Она оставила всё дочери, а не брату. Пока София была объявлена мёртвой, он мог пользоваться деньгами через поддельные доверенности.

Алессандро взял документ. Его рука сжалась так сильно, что бумага хрустнула.

— Почему он вернулся именно сейчас?

Доктор посмотрела на меня.
— Потому что узнал: Клара нашла медальон и собирается показать его нотариусу. Ему нужно было уничтожить единственного свидетеля и забрать девочку.

Я вспомнила утренний звонок, после которого согласилась на работу в поместье. Незнакомый мужчина обещал оплатить лечение Софи, если я приму предложение Алессандро. Значит, меня направили сюда не случайно.

В часовню ворвался Марко.
— Лука у ворот. Он привёл людей и требует девочку.

Алессандро положил свидетельство во внутренний карман.
— Он получит ответ.

— Не отдавайте Софи, — сказала я.

— Я не отдам ему ни её, ни тебя.

Снаружи ударил первый выстрел. Стекло над алтарём посыпалось на каменный пол.

Доктор вскрикнула, а Софи закрыла уши.

Алессандро посмотрел на меня, и в его взгляде было решение, которого я боялась больше любой пули.

— Клара, если мы переживём следующие десять минут, ты должна сделать выбор. Между мной и человеком, который семь лет прятал правду.

Я не успела спросить, о каком выборе он говорит. На его телефоне зазвонил неизвестный номер.

Алессандро ответил.

Из трубки донёсся голос Луки:

— Если хочешь увидеть, кто ещё выжил в ту ночь, посмотри под часовней…