Отец назвал меня никем перед штабом, но после одного голоса в гарнитуре его лицо резко побледнело

— Сядь. Здесь ты никто.

Мой отец произнёс это так спокойно, будто не унижал меня перед генералами, а отдавал обычный приказ.

На стене мигал красный таймер. Шестеро американцев застряли в горах, вражеская группа сжимала кольцо, а у нас оставалось меньше десяти минут до отключения их аварийного маяка.

Я посмотрела на пластиковый стаканчик с остывшим кофе. На крышке засохло коричневое кольцо. Почему-то именно эта нелепая деталь врезалась в память сильнее криков и красных отметок на карте.

— Люсия, отойди от стола, — добавил генерал Ричард Мерсер.

Он командовал базой и привык, что его слушаются с первого слова. Четыре звезды на форме блестели под холодными лампами.

— Северный проход нельзя использовать, — сказала я. — Там установлена мобильная система наблюдения. Они специально оставили ложный разрыв в прикрытии.

Отец даже не повернул головы.

— Ты занимаешься снабжением. Не вмешивайся.

— Я пять лет работала в этих районах.

— Ты пять лет пряталась за папками, Люсия.

В комнате повисло тяжёлое молчание.

Полковник Аарон Вэнс вошёл в этот момент, не сняв пыльные ботинки. На бронежилете темнели следы грязи, а в руке он сжимал папку с погнутым уголком.

— У моей группы девять минут устойчивого сигнала, — бросил он. — Если кто-то хочет продолжать семейный спектакль, пусть делает это быстро.

Отец выпрямился.

— Полковник, мы уже выбрали маршрут.

— Тогда вы выбрали смерть для шестерых.

Он раскрыл папку и положил на стол снимок горного ущелья.

— Я проверил закрытый реестр. Позывной «Призрак тринадцать» сегодня зарегистрирован на этой базе. Мне нужен этот человек на связи.

Отец нахмурился.

— Такого оператора здесь нет.

— Есть.

— Я командую этой базой.

— А мои люди сейчас лежат под камнями и ждут, когда вы перестанете спорить.

Я почувствовала, как под воротником рубашки выступил холодный пот. Не от страха. От понимания.

Кто-то наконец открыл нужный доступ.

Вэнс обвёл взглядом комнату.

— «Призрак тринадцать», если вы здесь, выходите на связь.

Отец посмотрел на меня.

— Люсия, не смей.

Я поставила стаканчик на стол. Крышка тихо щёлкнула.

— Ты слышала приказ? — спросил он.

— Слышала.

Я направилась к терминалу.

— Остановись.

— Отойди от сканера.

Отец шагнул мне навстречу и схватил за локоть. Его пальцы впились сквозь ткань рукава.

— Ты понимаешь, что делаешь?

— Лучше, чем ты думаешь.

Я освободила руку и приложила ладонь к панели.

Жёлтый огонёк мигнул один раз.

Потом загорелся зелёный.

На экране появилась строка: «Доступ к специальной миссии подтверждён».

Кто-то за моей спиной резко втянул воздух.

Отец не двигался.

Я надела гарнитуру. Поролон пах пылью и чужим лосьоном после бритья.

— Позывной? — тихо спросил Вэнс.

— «Призрак тринадцать».

Он выругался сквозь зубы.

Я вывела на карту скрытые каналы, отметила южный склон и сказала:

— Ваша группа ещё не окружена. Но через шесть минут западный проход закроется.

— Откуда ты знаешь? — спросил Вэнс.

— Потому что сама составляла эту карту.

Отец сделал шаг назад.

— Люсия…

Я включила передатчик.

— Группа «Орёл», говорит «Призрак тринадцать». Перейдите на запасную частоту и не двигайтесь к северному проходу.

Сначала в наушнике был только треск.

Потом раздался усталый мужской голос:

— «Призрак тринадцать»… Чёрт, как же хорошо тебя слышать.

Лицо отца стало белым.

А на экране в этот момент появилась новая отметка — прямо внутри маршрута, который он только что приказал использовать…

ЧАСТЬ 2

— Это Мейсон, — сказала я, узнавая голос. — Сколько вас осталось на ногах?

— Шестеро. У Хейса осколок в бедре, у Норы повреждена рация. Мы в каменном русле, примерно в двух километрах от западного прохода.

— Не двигайтесь, пока не увидите зелёный сигнал.

— Если мы останемся, нас найдут.

— Если пойдёте на север, вас приведут прямо к засаде.

В гарнитуре повисла пауза.

— Понял, — ответил Мейсон.

Я вывела на экран изображение с беспилотного аппарата. Три тепловые точки медленно ползли по склону. Ещё одна группа ждала впереди, за узким перевалом.

— Вэнс, отправьте спасательную пару к старому водосбросу. Не включайте прожекторы.

— Там минное поле.

— Было. Его расчистили две недели назад.

Отец резко повернулся ко мне.

— Откуда у тебя эти сведения?

— Из отчёта, который тебе не показали.

— Мне показывают все отчёты по этой базе.

— Нет, папа. Тебе показывают то, что считают нужным.

Слово «папа» прозвучало странно. В комнате, где он только что назвал меня никем, оно вдруг стало почти обвинением.

Капитан у стены пододвинул мне планшет.

— Сэр, у нас проблема с подтверждением маршрута. Северный коридор уже отмечен как безопасный.

— Потому что он безопасен, — отрезал отец.

Я посмотрела на карту.

— Кто внёс отметку?

Капитан замялся.

— Штабная система показывает подпись генерала Мерсера.

Вэнс медленно повернул голову к моему отцу.

— Вы лично подтверждали этот маршрут?

— Разумеется.

— Когда?

Отец не ответил сразу.

Его большой палец начал тереть край папки. Я знала этот жест с детства. Так он делал, когда собирался сказать правду, но выбирал более удобную версию.

— Сегодня утром, — произнёс он.

Я увеличила сведения о файле.

— В шесть сорок две.

— Да.

— В шесть сорок две ты находился на совещании у командующего округом. Там есть три свидетеля.

В комнате стало душно.

— Это могла быть электронная подпись, — сказал он.

— Электронная подпись требует личного ключа.

— Ты обвиняешь меня в подделке?

— Я пытаюсь спасти шестерых людей.

На экране вспыхнул сигнал от группы.

— «Призрак тринадцать», мы видим движение на гребне, — сказал Мейсон. — Их много.

— Ложитесь ниже камней. Не стреляйте, пока не услышите три коротких импульса.

— А если не услышим?

Я сжала гарнитуру.

— Тогда доверяйте мне.

Они замолчали.

Вэнс наклонился к карте.

— Люсия, этот канал закрыт даже для меня. Кто дал тебе доступ?

— Тот, кто знал, что операция сорвана изнутри.

Отец резко ударил ладонью по столу.

— Довольно! Уведите её от терминала.

Никто не двинулся.

— Генерал, — осторожно сказал капитан, — система приняла её удостоверение.

— Она моя дочь.

— Это не ответ, — сказал Вэнс.

В наушнике раздались три коротких импульса. Спасательная пара вышла к водосбросу, а группа Мейсона начала движение.

Я провела их между двумя скальными выступами, отключая ложные маяки один за другим. Через четыре минуты на экране появились шесть зелёных точек.

— Мы у реки, — прошептал Мейсон. — Вижу вертолёт.

— Не поднимайте руки. На вас смотрят не только наши.

В этот момент один из офицеров поднял со стола тонкую папку.

— Генерал, здесь распечатка журнала доступа. Подпись была внесена не с вашего рабочего места.

Отец медленно посмотрел на него.

— Отдайте сюда.

Я заметила на обложке красную полоску внутреннего аудита. Такую ставили только на документы, которые нельзя уничтожить без письменного разрешения.

Отец протянул руку.

Но Вэнс перехватил папку раньше.

— Сначала её прочитает «Призрак тринадцать».

— Это приказ начальника базы.

— А она только что вытащила ваших людей.

Я раскрыла папку и увидела внизу страницы подпись, которой не ожидала увидеть никогда.

Не имя отца.

Имя человека, погибшего два года назад…

ЧАСТЬ 3

— Это невозможно, — прошептала я.

На странице стояла подпись майора Томаса Рида. Он погиб при аварии вертолёта над пустыней двадцать два месяца назад. Я сама присутствовала на церемонии, где отец держал его вдову за плечи и говорил, что Рид умер, исполняя приказ.

— Что именно невозможно? — спросил Вэнс.

Я развернула папку к нему.

— Этот журнал создан сегодня. Но подписан человеком, которого нет в живых.

Отец побледнел ещё сильнее.

— Это поддельная копия.

— Тогда почему она хранится в закрытом архиве?

— Потому что кто-то хочет подставить меня.

— Кто-то использовал удостоверение Рида, чтобы подтвердить маршрут, — сказала я. — А затем направил группу в ловушку.

Мейсон вышел на связь. За его голосом слышался гул винтов.

— «Призрак тринадцать», мы на борту. Все шестеро живы.

Вэнс закрыл глаза на секунду.

— Хорошая работа, Люсия.

Отец резко повернулся к нему.

— Не смейте поздравлять её с саботажем командования.

— Саботажем было то, что привело моих людей в ущелье, — ответил Вэнс.

Я перелистнула страницу. Внизу стояла ещё одна отметка: разрешение на изъятие навигационных данных из архива «Каскад».

— Вэнс, операция по спасению не была главной целью.

— Что ты нашла?

— Группа Мейсона перевозила не оборудование. Они нашли контейнер с копиями внутренних приказов.

Отец замер.

Вот тогда я поняла.

Он знал.

Не всё, но достаточно.

— Ты знал, что они нашли архив? — спросила я.

— Я знал, что там могут быть документы, — ответил он после паузы.

— Поэтому ты отправил их на север?

— Я отправил их по утверждённому маршруту.

— Который был подделан.

— Я не подделывал его!

Его крик ударил по стенам. На мгновение он снова стал тем отцом, который заставлял нас вставать в шесть тридцать и не терпел возражений.

Я посмотрела на журнал.

— Тогда скажи, кто имел доступ к ключу майора Рида.

Отец молчал.

Вэнс перевернул последний лист.

Там стояло распоряжение: «В случае обнаружения контейнера ликвидировать носителей и вернуть материалы в штаб». Ниже была подпись заместителя отца, генерала Эдмунда Коула.

— Коул, — выдохнул Вэнс. — Он руководит всей программой «Каскад».

— И подчиняется мне, — сказал отец.

— Значит, вы отвечаете за него.

— Я не знал о приказе на ликвидацию.

Я сжала пальцы так сильно, что ногти впились в кожу.

— Но ты знал о контейнере. И всё равно подтвердил маршрут.

Отец посмотрел на меня.

— Коул сказал, что внутри только украденные данные. Если бы информация вышла наружу, погибли бы наши источники.

— А если бы шестеро погибли?

Он не ответил.

В этот момент терминал издал резкий сигнал. На экране появилось новое сообщение, адресованное лично мне.

«Люсия Мерсер. Если вы видите это, значит, группа выжила. Ваш отец не главный человек в этой операции. Спросите его, где находится второй контейнер».

Подпись была короткой: «Майор Томас Рид».

У меня перехватило дыхание.

— Рид жив? — спросил Вэнс.

Отец отступил от стола.

Я повернулась к нему.

— Где второй контейнер?

Он смотрел не на меня, а на фотографию горного ущелья.

— Люсия, ты не понимаешь, что случится, если его открыть.

И тут на служебный телефон отца поступил звонок. Он взглянул на экран, и всё выражение его лица изменилось.

— Это Коул, — сказал он.

Я включила громкую связь.

Из динамика донёсся спокойный голос:

— Ричард, если твоя дочь вошла в систему, уничтожь терминал. А потом приведи её ко мне. Иначе утром погибнет не шесть человек, а одиннадцать…