Отец приказал мне держаться от него подальше на приёме в Белом доме — но генерал, увидев меня, резко изменился в лице

В тот вечер мой отец приказал охране не пускать меня к нему, хотя на моём кителе блестели знаки полковника армии США.

— Не подходи ко мне, — бросил Виктор Колдуэлл, перекрывая мне дорогу у восточного крыла Белого дома. — И не вздумай называть меня отцом.

На его лацкане сверкала эмблема компании, которую он построил на военных контрактах. Рядом стояли его жена Лоррейн и её сын Блейк, разглядывавший бриллиантовые запонки так, будто они могли заменить ему образование, работу и совесть.

Я поправила серебряную застёжку на воротнике. Когда-то её подарил мне сержант Хейл после моего первого тяжёлого задания. На внутренней стороне была выгравирована короткая надпись: «Сначала люди, потом цифры».

— Добрый вечер, папа, — сказала я.

Блейк усмехнулся.

— Смотрите, охрана тоже получила приглашение. Надеюсь, она хотя бы умеет отличать сенатора от официанта.

Лоррейн тихо рассмеялась. Виктор даже не посмотрел на неё.

— Сегодня здесь будут люди, от которых зависит будущее «Калдуэлл Дефенс», — прошипел он. — Тебе здесь нечего делать среди гостей. Выполни свою работу и исчезни.

— Моя работа привела меня сюда по официальному приглашению.

— Не испытывай моё терпение. В течение двадцати шести лет ты прекрасно обходилась без моей фамилии.

Я почувствовала знакомую тяжесть под рёбрами, но не позволила ей подняться к горлу. В двадцать один год я отказалась от места в его совете директоров и выбрала армию. В тот же день Виктор вычеркнул меня из завещания, а через два года начал представлять Блейка единственным сыном.

Теперь он боялся не моего появления. Он боялся, что кто-то спросит, почему его настоящая дочь стоит в военной форме, а его любимый наследник прячется за бриллиантовыми запонками.

Я направилась к контрольному пункту. Сотрудница службы безопасности сначала показала мне другой вход, но, увидев моё приглашение, резко выпрямилась.

— Полковник Колдуэлл, прошу прощения. Вам сюда.

Сотрудник проверил удостоверение, затем поднёс к сканеру небольшой чёрный жетон с тиснёным орлом. Его выдали мне утром в кабинете министра обороны.

На экране появилась красная строка. Сотрудник нахмурился и заговорил по рации:

— Приостановить проход во внутреннюю приёмную. Подтвердить распоряжение особого уровня.

За моей спиной Виктор громко фыркнул.

— Я же говорил, у неё проблемы с документами.

Но сотрудник уже не слушал его. Он получил ответ, побледнел и обратился ко мне совсем другим тоном:

— Полковник, генерал Маркус Хейл идёт встретить вас лично.

Двойные двери распахнулись. В коридоре зазвучали каблуки. Военные вытянулись по стойке смирно.

Виктор поспешно шагнул вперёд и протянул генералу руку.

— Генерал Хейл, Виктор Колдуэлл. Мы переписывались по поводу нового контракта…

Хейл прошёл мимо него, остановился передо мной и отдал честь.

— Полковник Колдуэлл, министр обороны ждёт вас. И, Майя, у нас осталось меньше десяти минут до объявления.

Виктор застыл. Его рука всё ещё висела в воздухе.

— До какого объявления? — спросил он.

Генерал посмотрел на меня, затем на моего отца.

— Вы разве не сказали ему?

Я услышала, как у Виктора хрустнула кожа перчатки под сжавшимися пальцами. Хейл вынул из папки один запечатанный лист и протянул его мне. Я взялась за край печати, а Виктор сделал шаг ближе…

ЧАСТЬ 2

Я взялась за край печати, а Виктор сделал шаг ближе.

— Майя, отдай это мне, — произнёс он уже без прежней уверенности.

Генерал Хейл мгновенно встал между нами.

— Мистер Колдуэлл, это служебный материал.

— Я её отец.

— Сейчас это не даёт вам доступа ни к чему.

Блейк перестал улыбаться. Лоррейн сжала маленькую сумочку так сильно, что на костяшках выступили белые пятна.

Хейл повёл меня по коридору. За спиной я слышала быстрые шаги Виктора и голос сотрудника безопасности, который требовал его вернуться к гостевой зоне.

— Он знает? — спросила я.

— Только то, что вы будете награждены, — ответил генерал. — Остальное министр сообщит лично.

— Почему здесь мой отец?

Хейл остановился возле служебного лифта.

— Потому что его компания получила крупнейший контракт на поставки оборудования для трёх баз. И потому что за последние четыре месяца на этих базах возникли странные задержки.

В лифте пахло металлом и полировальным средством. Я посмотрела на запечатанный лист.

— Насколько странные?

— Настолько, что из-за одной задержки колонна медицинских машин прибыла через сорок семь минут после обстрела. Двое солдат умерли до эвакуации.

Я стиснула зубы.

Я знала эту систему снабжения. Когда-то сама разработала её основу: каждое перемещение детали, топлива и оборудования фиксировалось двумя независимыми подразделениями. Подделать данные можно было только при участии человека, имевшего доступ к центральному реестру.

— Вы думаете, это сделала компания моего отца?

— Мы думаем, что кто-то пытался сделать так, чтобы все следы вели к компании вашего отца. А потом исчезли.

Двери лифта открылись у малого зала заседаний. Внутри меня ждали министр обороны, начальник штаба и несколько человек в гражданской одежде. На длинном столе лежала синяя папка с золотой застёжкой. Рядом стояла коробка с моей наградой.

Министр поднялся.

— Полковник Колдуэлл, сегодня вы получите медаль за руководство программой, которая спасла тысячи военнослужащих. Но это не единственная причина, по которой мы вас вызвали.

Он раскрыл папку.

Внутри были таблицы поставок, копии счетов и распечатка старого отчёта, подписанного моим именем.

— Этой подписью утверждены изменения, позволившие «Калдуэлл Дефенс» заменить проверенного производителя на неизвестного посредника.

Я наклонилась над документом.

— Я этого не подписывала.

— Мы знаем, — сказал министр. — Но подпись выглядит настоящей.

В этот момент дверь распахнулась. Виктор стоял на пороге, а за ним — его личный помощник Эдвард Нэш.

— Моя дочь не будет участвовать в этом фарсе, — заявил Виктор. — Она слишком близко к делу.

Я медленно повернулась к нему.

— Ещё утром ты требовал, чтобы я притворилась незнакомкой.

— Я защищал тебя.

— От чего?

Он подошёл ближе и понизил голос:

— Если ты сейчас поддержишь министерство, компания погибнет. Вместе с ней погибнет всё, что когда-нибудь станет твоим.

Я взглянула на коробку с медалью, затем на его напряжённое лицо.

— Ты вычеркнул меня из наследства, когда я отказалась работать на тебя.

— Это было давно.

— Нет. Это было честно.

Виктор резко обернулся к министру.

— Вы не можете использовать мою дочь против меня.

Министр закрыл папку.

— Мы не используем её. Мы просим её возглавить независимую проверку.

На лице Виктора впервые появилась не злость, а настоящий страх.

— Она не согласится, — сказал он.

Я услышала собственный голос раньше, чем успела обдумать ответ:

— Соглашусь.

Виктор дёрнулся, словно я ударила его.

Но министр ещё не закончил. Он достал из папки тонкий конверт и положил его передо мной.

— Тогда вы должны увидеть, кто первым использовал ваше имя. Свидетель готов говорить сегодня. Но он попросил, чтобы рядом с ним были только вы и генерал Хейл…

ЧАСТЬ 3

— Кто это? — спросила я.

Министр не ответил. Генерал Хейл открыл боковую дверь, и в зал вошла женщина лет шестидесяти с тростью из тёмного дерева. Я узнала её не сразу.

— Рут Мерсер, — прошептала я.

Она двадцать лет руководила финансовым отделом «Калдуэлл Дефенс». Именно она когда-то присылала мне на день рождения открытки, которые Виктор возвращал отправителю.

Рут остановилась напротив стола.

— Мистер Колдуэлл, — сказала она, не глядя на Виктора. — Я больше не стану молчать.

— Ты подписала соглашение о неразглашении, — прошипел он.

— А вы подписали приказ, из-за которого погибли люди.

В комнате стало так тихо, что я услышала тиканье маленьких часов на стене.

Виктор побледнел.

— Осторожнее с обвинениями.

Рут положила на стол потрёпанную бухгалтерскую книгу. На корешке виднелось выцветшее тиснение компании.

— В марте прошлого года вы распорядились перевести закупки через фирму «Нортбрук Лоджистикс». Эта фирма принадлежала вашему сыну Блейку через подставное лицо. Но поставщик не имел ни складов, ни транспорта.

Блейк, стоявший у двери, выпрямился.

— Это ложь.

— Я видела твой договор аренды, — ответила Рут. — Ты арендовал один почтовый ящик.

Лоррейн резко повернулась к сыну.

— Блейк, что она говорит?

Он открыл рот, но Виктор поднял руку.

— Всё это не имеет отношения к Майе.

— Имеет, — сказала Рут. — Потому что после отказа настоящего отдела подписывать документы Виктор приказал внести в реестр имя Майи. Он использовал старый образец её подписи из кадрового архива.

Я почувствовала, как холод поднимается от ладоней к плечам.

— Зачем моё имя?

Рут посмотрела прямо на меня.

— Чтобы создать видимость, будто военное управление одобрило замену поставщика. Ваше имя открывало двери, которые перед ним закрывали.

Министр положил рядом с книгой копию распоряжения.

— Здесь подпись Виктора. А ниже — отметка о согласовании от имени полковника Колдуэлл.

Я взяла лист. Чернила расплывались перед глазами.

— Ты знал, что это моё имя, — сказала я.

Виктор сделал шаг ко мне.

— Я хотел сохранить компанию.

— Ты украл моё имя.

— Я хотел дать тебе место, которое ты заслуживала.

— Ты дал мне чужую вину.

Рут сжала трость.

— Я пыталась остановить его. Но тогда он пригрозил закрыть фонд, который оплачивал лечение моего мужа. Я испугалась. Это моя вина.

Я посмотрела на неё.

— Вы заговорили сейчас, потому что больше не боитесь?

— Нет, — тихо ответила Рут. — Я всё ещё боюсь. Просто теперь мне страшнее молчать.

Виктор резко повернулся к министру.

— Вы хотите уничтожить компанию из-за одной бухгалтерской ошибки?

— Это не ошибка, — ответил министр. — Это схема.

Он достал второй документ.

— И сегодня вечером мы объявим, что государство передаёт управление спорным контрактом полковнику Майе Колдуэлл. На время проверки.

Виктор уставился на меня.

— Ты не посмеешь.

— Я уже согласилась.

Он вдруг схватил меня за локоть. Хейл тут же перехватил его руку.

— Отойдите.

Виктор отступил, но его взгляд стал расчётливым.

— Майя, если ты подпишешь этот приказ, Блейк сядет в тюрьму.

— Если подпишу? — переспросила я.

Рут закрыла бухгалтерскую книгу и сказала:

— Полковник, есть ещё один перевод. Он был сделан сегодня утром. На счёт, которым распоряжается не Блейк и не Виктор.

Министр нахмурился.

— Вы уверены?

Рут кивнула и назвала имя владельца счёта. Я узнала его сразу.

Это был человек, которому Виктор доверял больше всех. И он только что покинул Белый дом с папкой, полной документов…