ЧАСТЬ 4
Это был адрес старой станции спасательных шлюпок на реке, в шести километрах от дома Адриана.
Я узнала место сразу.
Джеймс водил меня туда в начале нашей истории, когда хотел показать город с воды. На стене станции до сих пор висел ржавый колокол, а под полом находилось помещение, где спасатели хранили карты и рации.
— Они следят за домом, — сказала я.
Адриан уже отдавал распоряжения по телефону.
— Закройте северные ворота. Никто не выходит один. Проверьте гаражи, но не трогайте Маркуса, если увидите его.
Он отключился и посмотрел на меня.
— Ты знаешь, где это?
— Джеймс показывал мне станцию.
— Тогда ты поедешь со мной.
— Нет. Нора останется здесь.
— Они требуют её.
— Именно поэтому я не повезу её туда.
Адриан выдержал мой взгляд.
— Если я не появлюсь, Маркус начнёт убивать людей.
— А если появишься с Норой, он получит то, чего хочет.
— Он уже получил четыре года моей ярости. Больше я ему ничего не подарю.
Нора сидела на краю кресла и крутила латунный компас. Маленькая крышка щёлкала о корпус.
Щёлк.
Щёлк.
Я вдруг поняла, почему Джеймс оставил его именно ей.
Компас был не просто памятью. Внутри крышки, под тонкой пластинкой, находился крошечный винт. Джеймс любил прятать записки в вещах, которые никто не считал важными.
Я вырвала компас из рук Норы.
— Мама?
— Прости.
Поддела ногтем край пластинки. Она легко отошла.
Внутри лежал свернутый клочок бумаги.
Адриан прочёл его первым.
«Если ты это нашёл, значит, Маркус убедил тебя, что я погиб случайно. Не верь ему. Доказательства там, где вода слышит каждый разговор. И не ищи виновного в чужой семье. Он будет рядом с тобой».
Адриан поднял глаза.
— Джеймс знал, что Маркус предаст его.
— Он знал, что кто-то предаст. Это не одно и то же.
Миссис Холлоуэй тихо сказала:
— В тот вечер Маркус забрал из гаража не только машину. Он забрал ключ от станции.
Адриан резко повернулся.
— Почему ты не сказала об этом раньше?
— Потому что ключ был у меня. Я отдала его Джеймсу за час до аварии.
Она вынула из кармана маленький медный ключ, завёрнутый в ткань.
— Он вернулся в дом пешком. Просил позвонить вам. Я испугалась и спрятала ключ. А когда услышала, что машина разбилась, решила, что если промолчу, то хотя бы мой внук останется жив.
Адриан опустил голову.
— Ты могла сказать мне.
— Вы бы не услышали. Вы были заняты местью.
Эти слова попали точнее любого оружия.
Через десять минут мы подъехали к станции. Я осталась в машине с Норой, а Адриан вошёл внутрь один, как требовало сообщение Маркуса.
Но у Адриана был план, которого не знал даже я.
Он заранее передал папку не своему охраннику, а курьеру из городской архивной службы — единственному человеку, не связанному с его бизнесом. Все копии должны были уйти в редакцию и страховую компанию, если он не вернётся через двадцать минут.
Маркус ждал под навесом у реки.
— Ты пришёл без девочки, — сказал он.
— Ты рассчитывал, что я снова сделаю всё по твоей подсказке.
— Я рассчитывал, что ты останешься собой.
— Я слишком долго был собой.
Маркус усмехнулся и достал пистолет.
— Джеймс тоже думал, что может выбирать. Он собрал счета, имена, маршруты. Хотел забрать у тебя власть.
— Он хотел спасти ребёнка.
— Он хотел уничтожить всё, что ты построил.
— Нет. Он хотел, чтобы я перестал позволять тебе строить это моими руками.
Маркус прицелился.
— Ты не застрелишь меня. Без меня половина твоих людей разбежится.
— Уже разбежалась.
Из темноты вышли двое мужчин. Я знала их: бывшие водители Адриана, которых Маркус считал своими. Они положили оружие на землю.
— Мы нашли остальные счета, — сказал один. — Он платил нам, чтобы мы следили за тобой.
Лицо Маркуса дёрнулось.
— Вы не понимаете, что я для вас сделал!
— Понимаем, — ответил второй. — Поэтому больше не хотим иметь с тобой ничего общего.
Адриан не поднял оружия.
— Где остальные доказательства?
— Под полом станции.
Маркус бросился к двери, но поскользнулся на мокрых досках. Пистолет вылетел из его руки и провалился между щелями настила.
В этот момент раздался грохот.
Старая часть пола обрушилась, и Маркус рухнул в пустой технический колодец. Он остался жив, но застрял по грудь, зажатый балками.
Адриан подошёл к краю.
— Помоги мне! — закричал Маркус. — Ты не можешь оставить меня здесь!
— Могу.
— Я знаю, где счета! Я скажу всё!
— Ты скажешь это тем, кто приехал за тобой.
Адриан достал телефон и набрал номер, который не принадлежал ни одному его человеку.
Не полицию.
Журналистку Миру Сандерс, которая четыре года расследовала исчезновения людей, связанных с фирмами Коула. Адриан отправил ей все документы и адрес станции.
Я вышла из машины с Норой на руках.
Адриан увидел нас и побледнел.
— Я велел тебе оставаться внутри.
— А я не подчиняюсь людям, которые прячут от меня правду.
Нора потянула к нему руки.
— Дядя Адриан, ты нашёл папу?
Он опустился перед ней на колени. На лице человека, которого боялись целые города, не осталось ни тени прежней власти.
— Нет, милая.
Он посмотрел на меня.
— Но я нашёл того, кто его отнял.
Нора коснулась его щеки.
— Папа бы сказал, что ты сердитый.
— Он был прав.
— И плохо завязывал галстук.
Адриан неожиданно улыбнулся. Не так, как в гостиной. Эта улыбка была тяжёлой, почти болезненной.
— Он тоже был прав.
Подоспели спасатели, а следом — Мира Сандерс и люди из окружной прокуратуры. Маркуса вытащили из колодца. Он кричал, что Адриан всё подстроил, что без него город рухнет, что Джеймс сам выбрал смерть.
Но документы уже были у тех, кто мог их проверить.
В бумагах нашли не только доказательства убийства Джеймса. Там были счета, подтверждавшие, что Маркус годами подставлял Адриана, устраивал нападения на конкурентов и направлял его месть в нужную сторону.
Адриан потерял бизнес почти сразу.
Он не стал спасать его привычными способами.
Закрыл склады, выплатил долги сотрудникам и передал легальную часть компании независимому совету. Имена людей, исчезнувших по приказам Маркуса и самого Адриана, стали известны семьям.
— Ты тоже виноват, — сказала я ему через два дня в больничном коридоре.
Маркус лежал за стеклом под охраной. Адриан ждал решения следователей, сидя на неудобном стуле и держа в руках Норин компас.
— Знаю, — ответил он.
— Тебе придётся рассказать всё.
— Расскажу.
— Даже то, что сделал сам?
— Особенно это.
Я ожидала сопротивления. Торга. Попытки купить тишину.
Но он положил компас на ладонь Норы.
— Это принадлежит тебе. Твой отец хотел, чтобы ты знала, куда идти, если все вокруг начнут лгать.
Нора закрыла крышку и приложила компас к уху.
— Он тикает.
— Это не часы, — сказала я.
— Для тебя — нет, — ответил Адриан. — Для неё, может быть, да.
Я посмотрела на него.
— Что ты будешь делать, если она однажды спросит, почему ты не нашёл её раньше?
Адриан долго смотрел на Нору, которая водила пальцем по царапине в форме полумесяца.
— Скажу правду. Что искал убийц Джеймса и не заметил, как стал похож на них. Что твой отец боялся меня не без причины. И что мне понадобится вся жизнь, чтобы заслужить право быть рядом с ней.
— Я не обещаю, что позволю.
— Я знаю.
Нора подняла голову.
— Мам, а Адриан будет учиться завязывать галстук?
Я не удержалась и рассмеялась. Адриан посмотрел на неё с таким ужасом, будто ему предложили снова открыть весь бизнес.
— Это обязательное условие? — спросил он.
— Да.
— Тогда я согласен.
Через неделю мы пришли на кладбище, где был похоронен Джеймс. Я не хотела брать Нору, но она сама принесла компас и жёлтую заколку со звездой.
Адриан остановился у могилы и снял с себя чёрный галстук. Нора тут же забрала его.
— Слишком длинный, — сказала она.
Он присел рядом.
— Твой отец однажды сказал, что я не умею носить галстуки.
— Он говорил правду.
— Похоже, вы с ним заодно.
Нора надела галстук ему на шею, затянула узел почти у подбородка и отступила, оценивая результат.
— Невероятно.
Адриан посмотрел на могилу брата.
— Да, Джеймс. Она всё помнит.
Я не знала, что именно услышал в этих словах Адриан: просьбу о прощении, обещание или приговор. Но он положил ладонь на камень и впервые не пытался говорить за мёртвого.
Нора взяла его за палец.
— Пойдём. Мне надо показать тебе, как правильно смеяться.
Адриан посмотрел на неё, потом на компас в её маленькой руке.
И пошёл за своей племянницей туда, куда она указала.
— Сначала научись завязывать галстук, дядя Адриан.
Пропустили начало?
